Я огляделся и никаких опасных факторов не выявил: в конечном итоге, пострадала только одна пассажирка.
2. Убедиться, что ничто не угрожает пострадавшему.
Лежит она на полу. Очага возгорания, оголенных проводов, готовых на нее упасть арматур нету. Значит, перемещать ее не следует.
3. Осмотр пострадавшего сверху вниз.
Я подошел поближе и окинул ее взглядом с головы до ног, про себя отмечая, что она очень даже ничего: блондинка с пышными густыми волосами средней длины, красивые черты лица, под блузкой спрятана грудь то ли третьего, то ли четвертого размера, под юбкой широкие бедра, но при этом толстой она не была. Однако, ближе к делу: переломов, кровотечений не выявлено. Лежит она себе, спит на полу.
4. Окликнуть пострадавшего. Проверить наличие сознания.
Вспоминая рекомендации врача-реаниматолога, который проводил тренинг, я положил руки ей на плечи и слегка прижал к полу, чтобы, приходя в сознание, она не дернулась и не пришибла ненароком меня. Держа лицо на расстоянии от нее, я громко ее окликнул, однако в чувства она не пришла.
5. Проверить дыхание и пульс.
Тот же реаниматолог рекомендовал сразу проверять пульс, поскольку, если дыхание у нее слабое, я мог его и не услышать, и не увидеть. Сложив пальцы в «кисть обезьяны», я уперся ими в ее мышцы шеи и вдоль кадыка спустился вглубь, где проходила ее сонная артерия. Пульса не было. В этом случае методичка предписывала:
6. Приступить к сердечно-легочной реанимации.
Я увидел ноги бортпроводника, который нес аптечку. Запрокинул девушке голову и выдвинул вперед челюсть, восстанавливая проходимость дыхательных путей. Резким движением (под действием адреналина) разорвал блузку на ее груди: она носила бюстгальтер. Хвала небесам, расстегивался лифчик спереди. Ловким отточенным движение я устранил с пути и его. В этот момент подбежал бортпроводник. «Готовь мешок АМБУ» бросил я ему и, определив середину грудины, разместил одну ладонь. Другой рукой я снова надавил на сонную артерию. Сделал пробное нажатие: пульса на артерии не было. Сделал второе: отсутствовало. Сделал третье: почувствовал пульсовую волну. Как говорил реаниматолог: эффективность компрессий грудной клетки. Положив вторую ладонь поверх первой в форме «ласточкиного хвоста», начал первые 30 нажатий со скоростью 120 в минуту.
Когда я дошел до двадцатого, бортпроводник извлек мешок и пристраивал его к ее органам дыхания. Когда дошел до двадцать-пятого, начал вслух считать. На тридцатом скомандовал стюарду «Раз! Два!», а он по моей команде сделал два «вдоха» мешком. Однако, пульса по-прежнему не было. Мы продолжили СЛР. 30 нажатий и два вдоха. После третьего цикла я услышал в ее горле какой-то бульк. Врач рассказывал, что такое может произойти, поскольку воздух, который попадает в ее рот, отправляется и по дыхательным путям в легкие, и по пищеводу в желудок, который от съеденного и выпитого может переполниться, а затем рефлекторно сжаться, отправляя массы по пищеводу обратно в рот. «Поворачиваем на бок!» скомандовал я, выпрямляя ее левую руку вдоль туловища и подхватывая ее под правую коленку. Стюард сориентировался и подложил ее правую руку ей под щеку. Вытянутые левые рука и нога послужили осью для поворота, чтобы не допустить смещение шейных позвонков. Придали ей устойчивое боковое положение. Я приоткрыл ей рот, и ее в этот момент вырвало на пол, приводя ее в сознание. Рвотные массы забрызгали и брюки с обувью бортпроводника, и рукава моей рубашки (хорошо, что я пиджак убрал на багажную полку). Зато девушка была жива. Ее накрыли пледом, чтобы скрыть наготу. Она пролежала несколько минут, а, когда пришла в себя, поблагодарила и меня, и стюарда, и остальной экипаж воздушного
Про мою боль