— . .. А когда я пришел в себя, было уже утро, - закончил я свой рассказ.
Регина Белова сидела напротив меня в кафешке и внимательно слушала, эмоционально реагируя на мои московские похождения. То охала, то хихикала, а уж нокаут побудил ее раскрыть от удивления рот и прикрыть его рукой.
— А что было дальше? – заворожено спросила она.
— А дальше я озираюсь и вижу, что и Ксюши, и ее очкарика след простыл. Зато, пока я чистил зубы и любовался фингалом, слышу стук в дверь...
— Он вернулся? – не зная, как реагировать, перебила Регина.
— Хуже! – Я выдержал театральную паузу, пока она переберет в уме все варианты, и добавил: - Сеструха!
Ее лицо из ужаса и негодования сменилось миной недоумения, мол, чем хуже?
— И как давай на меня орать! – пояснил я.
В общем, так все и было. Ксюшу, всю в слезах, ее очкарик увез домой, а сеструхе он написал гневное сообщение, мол, пригласила рассадник содомии на свадьбу. Параллельно с его сообщение сеструха получила головое сообщение от Ксюши. Злая она, в смысле сестра, была, как ведьмы из средневековых сказок. Прибила бы меня, если б я не закрылся вовремя в ванной. Высказывала все, что было на духу. Тирада длиной полчаса. Затем она устала, и ее гнев поостыл. Я еще один день провел в номере отеля и чувствовал себя, как враг народа. И родители качали осуждающе головами, и тетка с младшей кузиной, а уж про молодоженов и их друзей я вообще молчу. На следующий день был обратный билет, и я, надев солнцезащитные очки, чтобы скрыть синяк, уехал в аэропорт. С тех пор очки я так и не снимал. Если бы не звонок Регины вчера вечером и ее предложение попариться в сауне, я бы так до конца недели и просидел дома, питаясь едой по доставке. Насчет попариться я отказался, но, заинтриговав ее своим состоянием, предложил попить кофе в этой кофейне.
— Ну ты, конечно, даешь! – подытожила она. – Но от сауны ты зря отказался.
— Не хотел тебя пугать. С тех пор, как я перестал выкладывать статусе в вотсапе, мои местные подружки уже начали писать и интересоваться, не вернулся ли я, не хочу ли встретиться и так далее. Приходится отказывать, чтобы по-прежнему вызывать у них желание, а не ужас.
Регине свой уже пожелтевший глаз я показал. Зрелище было неприятное. Такими же синяками очкарик наградил меня и в районе ребер и спине, из чего я извлек урок: С очкариками шутки плохи!
— Слушай! Есть одна интересная тема, - тон Регины стал заговорщическим и интригующим. – Десятки женщин. Приглушенный свет. Наручники и плетки. И никто не увидит твой фингал. А знаешь, почему? – не дожидаясь моего ответа, она продолжила: - Потому что все будут в масках.
В ее глазах горел дьявольский огонек, а по моей коже пробежала пара мурашек.
— Меня уже месяц зовут подруги туда сходить, но я никак не соберусь. А вдвоем не так страшно. Ты как?
— А что это за место? Ты уверена, что это не секта какая-нибудь, где тебе промоют мозги, а потом будешь ходить по городу и кричать: «Харе Кришна» или «Black Lives Matter»?
— Уверена. Это такой клуб. Клуб для взрослых. Одна из моих подружек – владелица трех торговых центров, а также ученой степени в финансах и экономике – захотела разнообразия со своим мужем, и они сходили туда месяц назад. Говорит, ощущения незабываемые. С тех пор каждую пятницу они проводят там.
Ночь с Анечкой