— Стефи, детка, - уговаривал Майкл, - как я смогу тебе доказать, что кроме тебя мне никто не нужен. И никогда не будет нужен.
— Поклянись!
И Нолан торжественно поклялся, что ни словом, ни делом, ни взглядом никогда не обидит эту девушку. Как ни странно, Стефи этого оказалось достаточно.
* * *
Дальше всё было довольно буднично.
Конечно же, свадьба состоялась роскошная. Больше сотни гостей. Все родственники, все коллеги (кстати, Смоки, проныра, занял должность шафера) и несколько бывших и новых соседей.
Второй день гулеванили в новом доме. Майкл вытащил на террасу свой старый гриль и собрался колдовать с бараниной и свининой, Но его быстренько оттеснили Бенджамин с Томом.
— Нечего тут, - сказал Бенджи. - Иди к невесте.
Возможно это странно, но Майкл Нолан был благодарен Дженифер Нэш за то, что она научила его многим премудростям интима.
Он демонстрировал молодой супруге всё то, что сам знал и то, чему научился у давней бывшей невесты. Получалось неплохо. По крайней мере, Стефания (теперь Нолан) месяца два ходила по жизни с блаженной улыбкой. Потом, конечно, привыкла...
Потом?...
Потом новая ячейка общества обустраивалась в новом жилище.
Потом, в марте восемьдесят первого года, у них родился первенец, которого назвали Остин.
В январе восемьдесят четвёртого Стефания родила второго сына, Лиама.
А в декабре восемьдесят шестого на свет появился Теодор.
Так они и жили в любви и согласии. Работали. Растили детей. Мечтали о пенсии, о путешествиях и океанских турах.
Каждое лето разок ходили в горы. На тысячники не лезли, а отводили душу на коротких и недорогих подъёмах. Например, на гору Карлтон. Это всего 820 метром к небу и С$720. Ну и прочее подобное.
Стеф предложила как-то в девяносто третьем году сходить снова на Эльбрус, но Майкл категорически отказался. Он сказал коротко:
— У нас трое детей. Ты рискнёшь оставить их сиротами?
На этом энтузиазм супруги-альпинистки иссяк.
* * *
Майкл и Стеф жили спокойно и счастливо.
До одиннадцатого года.
В том скорбном году 14-го ноября Стефания Нолан умерла.
"Асистолия" - констатировали врачи.
Это был удар судьбы ниже пояса. Страшная, чудовищная несправедливость. Ей было всего пятьдесят восемь.
Майкл, за пару часов после кончины супруги, превратился в седого, измождённого старика.
Нолан винил в смерти жены только себя самого. Он самобичевал себя за то, что невнимательно относился к здоровью жены. Он считал, что следовало бы проверять её здоровье у медиков не реже раза в год. А он этого не делал...
Ещё ему казалось, что он виноват в том, что недостаточно уделял Стефании внимания, недостаточно ублажал её подарками и сюрпризами. Якобы недостаточно часто вывозил её в круизы и заграничные поездки. Мало баловал её новыми вещами. Редко признавался ей в любви...
Короче - терзался, обвиняя себя во всех, в том числе и несуществующих, грехах.
Похоронили женщину на кладбище "Квинс-парк".
Первые полгода Нолан ездил на могилу каждый день. Заканчивал работу и ехал "к жене".
Потом всё реже.
Через год Майкл окончательно понял, что Стефи ушла и больше не вернётся. Умом он понимал это и раньше, но вот сердце...
А тут до него с катастрофической ясностью дошло - всё! Её нет. И надо как-то жить дальше...
От осознания этого факта он два дня лежал почти в коме. Не ел, не пил, только иногда засыпал сном, больше похожим на смерть. А когда просыпался, то сожалел о том, что снова увидел этот мир. Мир без его Стефании.
Он плакал.
Но человеческая психика справляется со всякими трагедиями.
Оттаял и Нолан.
У него были дети, куча внуков и внучек. У него была работа и были друзья. У него осталось ещё то, для чего стоило жить.
мой ласковый и нежный зверь