утром, — объяснила она серьезно, кивая головой, пытаясь заставить его понять. — Мне сказали, что кто-то работает на Харбор-драйв. Прямо сейчас.
Элиот позволил ее майке выскользнуть из его пальцев, и она упала на тротуар. Он присел перед ней на корточки и пальцами ухватил нижнюю часть ее шорт. Быстрым движением он стянул шорты с ее ног до лодыжек, обнажив розовые трусики, которые она носила под ними. Аманда удивленно уставилась на него.
— На Харбор-драйв, — пролепетала она, — Там стоит грузовик, красный грузовик...
Но Элиот не слушал ее, или, может быть, ему было просто все равно, что она говорит. Затем он спустил ее трусики до лодыжек, и она нервно оглядела улицу, ожидая увидеть Диего, стоящего на углу и наблюдающего за ней, пока ее раздевают.
— Сегодня не подходящий день для этого, — взмолилась она. Внимание Элиота было сосредоточено на последней детали ее одежды – темно-синем спортивном бюстгальтере.
— Меня увидят, — прошептала она ему. — Меня обязательно увидят. Рабочие на Харбор-драйв. Они меня увидят.
Элиот проигнорировал ее мольбы; его лицо оставалось бесстрастным. Он снял спортивный бюстгальтер, обнажив ее грудь.
— У меня будут проблемы, — сказала она, когда последний предмет одежды был снят и закинут на его плечо. — Пожалуйста.
Но ничто из того, что она сказала, не имело значения.
Внезапно он ушел, перейдя улицу с ее одеждой, а она осталась стоять голая на тротуаре, одетая только в белые теннисные туфли и пару прозрачных носков. Ошеломленная, она смотрела, как Элиот поднимается по ступенькам на крыльцо, входит в дом и закрывает дверь. Она знала, что он не вернется.
В течение нескольких недель она пыталась убедить себя остановиться, прекратить свои прогулки голышом и отбросить свои эксгибиционистские наклонности. Ей не приходило в голову, что Элиот Кастро может не позволить ей этого. Она снова была обнаженной, как и в прошлую пятницу, как и в каждый день на прошлой неделе. Она вышла из дома в спортивной одежде, но это ничего не изменило.
Она нервно покачивалась, правой рукой прикрывая грудь, а левой гладкий лобок. Она вглядывалась вперед, осматривая улицу в поисках каких-либо признаков того, что за ней наблюдают. Через пару секунд она продолжила идти, делая небольшие, неуверенные шаги, в сторону общественного центра. Она чувствовала себя очень неловко. Впервые за несколько недель, а может и месяцев, она полностью осознавала свою наготу и ненормальность того, что она шла по улице голая средь бела дня.
Аманда подкралась к повороту, наклонившись вперед, пока не смогла заглянуть на Харбор-драйв. Она мельком увидела заднюю часть красного грузовика Диего, припаркованного у обочины перед домом на правой стороне улицы. Она не видела ни самого Диего, ни других рабочих. Его не было в грузовике, и его не было перед домом. Возможно, он работал на заднем дворе.
Она подкралась ближе, проскользнула во двор дома на углу и спряталась за высоким кустом. Выглянув, она увидела следы работы Диего возле дома через улицу, но самого Диего не было видно. Перед кустами у крыльца была выкопана длинная прямая канавка, вероятно, для будущей линии полива. Два куста выглядели только что посаженными, а еще два куста лежали в кузове его грузовика.
Аманда подкралась ближе. Возможно, если Диего работал на заднем дворе, она могла бы быстро проскользнуть мимо, оставаясь незамеченной. Ей нужно было только добраться до общественного центра. Как только она пройдет через двери общественного центра, она окажется в безопасности, рядом с Эбби, и Эбби ей поможет.
Аманда успела сделать три осторожных шага от своего укрытия, когда внезапно из-за дома появился Диего, толкая перед собой тачку с землей.
Желание клиента - закон или Она была портье