сжала кулаки, чувствуя, как по её щекам катятся горячие слёзы стыда. Но назад она не повернула. Вместо этого она пошла в душ, чтобы смыть с себя его запах и его сперму, пытаясь смыть и память о собственном предательстве.
А в комнате Гриши зарождался новый, совершенно иной страх. Это был страх разоблачения перед родителями. Это был страх перед Настей, он не знал чего ждать.
День первый (Созерцание)