– Как такое могло случиться, Калерия Евлампиевна? Ты спала с ним?
– Не я с ним, а он со мной. После того, как Степанида увела тебя отдыхать в твой кабинет, Женька подсел ко мне и всё благодарил за заботу о нём перед губернатором. Помню, как подливал что-то в мою рюмку и всё норовил мне колено погладить, мерзавец. Изольда сказала, что мне стоит прилечь и он повёл меня в мой будуар. А дальше я ничего не помню, очнулась только утром с тобой в моей постели. Этот негодяй меня споил и воспользовался мной. Золька, гадина. А позже они привели тебя ко мне и уложили рядом на кровать. То-то Изольда мне все уши прожжужала о ребёнке. Что мне необходимо родить хоть от кого-нибудь.
– Ты с беременностью не ошиблась? – уточнил Пётр Селивёрстович у супруги.
– Я была у частного врача, ошибка исключена.
– Мне этого подлеца следует выставить из дома! – вскипел супруг.
– Следовало бы, только Толмачёвы могут скверно истолковать мою беременность. Нет уж, повременим с этим. В последствии мне он будет нужен в период созревания плода, доктор рекомендовал. Пусть отрабатывает мою «заботу о нём», сволочь. Надеюсь, ты не станешь ревновать к этому шалопаю, Пётр Селивёрстович?
– Помилуй, голубушка! – С растерянностью произнёс супруг. В обществе такое происходит порой, где дети родятся от друзей дома.
– У таких друзей дома, следует прочь оторвать всё это вместе с башкой.
А тебе, Пётр Селивёрстович, теперь придётся изображать счастливого папашу святого семейства и реже таскаться на собрания высшей знати. О Боже! За что мне всё это? Я так хотела родить ребёнка, но не от этого прохвоста.
– «Finita la commedia!» – ироничным тоном проронил Пётр Селивёрстович, забирая со стола служебный портфель, шаркующей походкой выходя из комнаты.
– Позвольте, Пётр Селивёрстович, я вас провожу до автомобиля, – вызвалась Степанида, забирая в коридоре из рук барина портфель. Вас Семён уже дожидается у крыльца. Я тут припасла для вас пирожок с капустой и запить фунфыриком вашей Мадеры, – добавила Стешка, перекладывая пакет с едой в портфель барина.
Хозяин очумело перевёл взгляд на прислугу и, рассеянно кивнув головой, подставил руки для облачения в шинель. Степанида, подхватив барина под локоток, повела его к автомобилю. Семён расторопно выбежал из авто и распахнул перед генералом дверцу на заднее сиденье.
– Как довезёшь, проводи хозяина до кабинета и не забудь портфель. Шинель с него снимешь в приёмной. Пригляди за ним, он какой-то сегодня сам не свой, – наставляла шофёра Степанида, – и можешь чмокнуть в щёчку. Меня в щёчку, Сеня! Поезжайте с Богом.
* * *
Выйдя из дома, Катерина села в подошедший трамвай и уже через десять минут была рядом с особняком генерала Старикова. На звонок в дверь она услышала лязг засова и массивная дверь медленно отворилась, впустив в прихожую женщину.
– Чего изволите, барышня? – задал вопрос Катерине старый камердинер
– Я к генеральше Стариковой Калерии Евлампиевне по делу, – сообщила Катя.
– Сюда без дела не ходят, – назидательным тоном уточнил Михеич, - принимая из рук Катерины салоп и шляпку, сейчас доложу барыне, подождите чуток на стуле.
– Михеич, не держи мою гостью в дверях, – раздался из коридора голос Калерии Евлампиевны, – пусть проходит ко мне без твоего доклада. Она была у меня прежде, провожать нет необходимости.
– Разве ж всех упомнишь, – ворчливо бубнил старик, с цигаркой в углу беззубого рта. – Ступайте, дамочка, по ступенькам и направо. Вас барыня встретит. Катя поднялась по лестнице и подошла к двери будуара хозяйки.
изнасилование