словами – мало убедительный трёп. Впрочем, учёному кое-что удалось выяснить: пусть и не охотно, но молодая женщина поведала свой психоделический опыт. Очевидно, что Любовь недоговаривала, но вот о чём конкретно умалчивала, мужчине оставалось пока только гадать.
Секс в этот вечер так и не случился. И если до принятия препарата Любочка сама «прыгала» в койку, то после психоделического трипа, похоже, что даже думать на эту тему девушке становилось больно.
Спустя дней десять или около того Валентин предпринял попытку встретиться с Любочкой. Учёному хотелось ещё раз обсудить психоделический опыт, узнать подробности, но девушка пропала. Уже много позже, наведя справки через знакомства в спецслужбах, удалось выяснить: молодая женщина переехала на юг и работала теперь сестрой милосердия в забытом богом лепрозории.
*****
Старая церквушка неприветливо скрипнула покосившейся дверью. Место это считалось «нехорошим», и местные обитатели обходили его стороной. Началось всё, когда стало модно возвращать имущество церкви. Вот и обветшалый храм на территории лепрозория, оборудованный под морг, оборотистые служители культа прибрали к рукам. Да, что-то не заладилось… Архитектор, взявшийся вернуть церкви первоначальный облик, сошёл с ума, новый настоятель повесился прямо в храме. Во время ремонта строителей преследовали несчастные случаи, а очередной настоятель, присланный РПЦ, не проработав и месяца, бесследно исчез. Реконструкцию церквушки с горем пополам завершили, но приходом она так и не обзавелась. Стояла заброшенной, все её обходили стороной – место считалось проклятым.
И если для одних место проклято, то для иных – место силы. Церквушку регулярно посещал одинокий старик, звали его Гомба, а за глаза – Однорукий. Свою правую руку старик прятал в одежде и никому не показывал, отсюда и прозвище. Обитатели лепрозория его откровенно побаивались, но и уважали. Одни поговаривали, что Гомба являлся адептом религии Бон, другие – что колдуном культа Вуду, но что было известно доподлинно, и не раз находило подтверждение, Однорукий обладал пророческим даром. Правда, все его предсказания носили негативный подтекст, и оттого обитатели лепрозория старика сторонились.
Сторонилась и Любовь, но сила, что привела молодую женщину в лепрозорий, исподволь побуждала навещать старика в его одиноко стоящем домике, ухаживать, как и за другими подопечными, а скорее даже прислуживать. Вот и сейчас, посреди летней ночи, по-особенному душной, голос повелел встать и идти. Люба не удивилась, голос в сознании навещал и раньше. Оделась, вышла на улицу, было тревожно тихо. Южная тьма густым и гнетущим затопила улицы, и только одинокие цикады небрежно исполняли «Маленькую ночную серенаду».
Скрипучая дверь затворилась, внутри церквушки казалось прохладно, сумрачно и только в алтарной части горели чёрные свечи. Любовь сделала несколько шагов и в нерешительности остановилась.
– Не бойся. Подойди ко мне, – голос принадлежал старику, Люба узнала его сразу.
Чуть замешкавшись, молодая женщина миновала среднюю часть храма и зашла в алтарь. В белых одеждах, украшенных шумерским орнаментом, тканным золотом и серебром, фигура старика выглядела необычно – величественно.
– Сила свыше призвала тебя, ты услышала и пришла. Сегодня особенная ночь – Чёрной луны. Любовь, ты здесь, чтобы исполнить предначертанное. Плод, зачатый в эту ночь, – священная жертва, предначертанная богам.
Люба слушала, ещё не до конца осознавая свою роль, но отчётливо понимая предопределённость своего присутствия.
Люба повиновалась, и лёгкая ткань халата скользнула на пол.
– И бельё тоже. Всё снимай.
Молодая женщина, чуть помедлив, завела руки за спину, пальцы не слушались, наконец, застёжка сдалась. Тяжёлые груди, покачиваясь, выскользнули из чашечек бюстгальтера. С трусиками справилась быстрее. Стыдливо прикрыв ладошками срам, Люба испытывала волнение, страх, лёгкое, но ещё не проявленное возбуждение.
История жизни. Арина. Часть 1, знакомство