бомба пролетела в метре от машины, дав шанс оставшейся в живых, после свинцового дождя женщине. Полковника убило на месте тремя пулями, две, из которых прошили его сильное тело и застряли в его рыжей спутнице. За спиной обнаженной и окровавленной женщины разорвалась 50-килограммовая бомба, изрешетив её тело многочисленными осколками.
Чудом выжившую летчицу доставил в медсанбат наблюдавший, за всем этим водитель. По счастью, по этой же дороге ехала полуторка, остановившаяся на яростные призывы человека с автоматом в руках. Положив голую, истекающую кровью летчицу на расстеленную в кузове плащ-палатку шофер «Эмки», велел гнать шоферу к ближайшему госпиталю или медсанбату. Шофёру «Эмки», показалось что женщина мертва, кровь на ней частично засохла, и не долго думаю, он прикрытый бортами полуторки разделся и начал монотонно трахать бессознательное тело летчицы. Ехали часа два, за это время шофер разбитой на дороге машины вдоволь позабавился с безжизненным телом, зачем мол добру пропадать и одевшись сам, кое-как накрыл плащ-палаткой женщину которую считал мёртвой. Шофер вовсе не был извращенцем, скорее завистником, сам тайно мечтавшим отыметь жену своего командира. В госпитале водитель полуторки, не препятствовавший человеку с автоматом, доложил о поведении шофера, которого немедленно допросили и отправили в особый отдел, а
храбрая летчица истребительной авиации гвардии капитан Алина Литовченко переместилась с окровавленной и залитой спермой плащ-палатки на операционный стол.
После этого случая её карьера была закончена. Представление на Героя Советского Союза похерили, такой позорный случай все таки. Только в самом конце апреля 1945 года её выписали, из госпиталя и аттестовали обратно в истребительную авиацию. Она больше не надеялась встретится в небе с немецкими асами, которых к тому времени осталось немного, но всё же рвалась в полк, в отличии от нерадивого майора-штурмовика.
Хозяева имения оказались довольно гостеприимны, для нежданных гостей. Местность была не из бедных и на столе были достаточно богатые и вкусно выглядящие блюда, плюс бутылки фамильного вина, которые хозяйка лет сорока с небольшим щедро, улыбаясь выставила перед офицерами. В имении жили только хозяйка–аппетитная и явно не голодавшая во всех смыслах блондинка Эльза и её восемнадцатилетняя дочь Эрика.
Вечер не задался сразу, говорить было не о чем и все до единого недовольные обитатели дома пошли спать. Не спал только куривший возле дома Крылов. Услыхав метрах в 200 от себя длинную автоматную очередь и за трескавшие выстрелы винтовок он схватив разгильдяйски оставленный водителем в прихожей автомат «ППШ», и кинулся на звуки боя. Подойдя к месту откуда исходили звуки чуть ли не наступления батальона Крылов, по меньшей мере удивился–возле стоявшей на дороге машины бегали, изображали какой-то танец пятеро бойцов, один из которых был в портупее, видно офицер и дружно палили в воздух из всех стволов.
— Вы что охренели, идиоты!!! Какого чёрта открыли пальбу, город рядом, люди спят!!!
Подбежавший к Крылову боец одним словом объяснил грозно выглядящему человеку с золотыми майорскими погонами причину их веселья:
— Майор, немцы капитулировали, Победа!!!!
Крылов узнавший у уже уехавших бойцов-связистов, обладавших переносной рацией все нюансы необыкновенной новости вернулся к проснувшимся товарищам, на часах было пол второго ночи.
Компания моментально оживилась, начали пить, есть оставшиеся припасы немки и есть свои собственные, представлявшие собой американские мясные консервы, люди почувствовали себя людьми.
Уже немного захмелевший, от лошадиной дозы фамильного вина, вечером все пили очень неохотно Крылов с взъерошенными волосами и расстегнутым кителем с позвякивающими наградами вышел, из комнаты где начались импровизированные танцы, под граммофон которая радостная окончанию войны хозяйка, не бывшая ярой фанатичкой Третьего Рейха, погубившего на фронте её мужа и семнадцатилетнего сына, достала, из закромов редкие французские и бельгийские пластинки. Майор
Секс с мамой...