из собак, огромный датский дог, встала перед Мариной и начала толкать её лапами. Его красный, огромный член тыкался ей в живот. Марина стояла неподвижно. Тогда Тед, не прекращая снимать, опустился на колени и взял горячий, пульсирующий член собаки в свою руку. Он грубо раздвинул половые губы Марины и, не церемонясь, направил звериный фаллос в её мокрую щель.
Когда тот вошел в неё, Марина вскрикнула. Боль была острой, как удар ножа, её хрупкое тело пыталось уйти от вторжения, но лапы дога прижимали её к земле. Тед не отпускал член, помогая ему проникать глубже. Он трахал её бешено, жестоко, как настоящую суку, и его узелок начал раздуваться внутри неё, распирая её до предела.
Она почувствовала, как этот узел, горячий и огромный, раздувается у самого входа в её матку, запирая их вместе. Она была заперта на его члене, привязана к этому животному. От чудовищного давления и огромного члена её плоский живот начал выпирать.
Нежная кожа натянулась, и черные буквы татуировки «Клон» растянулись, исказились на выпуклости, которую создавал огромный собачий член внутри неё.
Ещё одна собака, подошла к Марине так близко, что её член уперся ей в лицо, Марина только и успела открыть свой ротик, чтобы что-то сказать, но не успела. Огромный член собаки тут же его занял, и собака начала трахать девушку уже в ротик.
— О, зрители уже в восторге, — весело прокомментировала Лиля, глядя в экран телефона. — «Наконец-то настоящая зоофилка, а не эти притворщицы!» — пишет кто-то. «Пусть ей в жопу войдет, разорвите эту дыру!» — о, отличная идея!
Её хрупкое тело казалось ничтожным под этими двумя массивными тушами. Лапы дога царапали её плечи до крови, оставляя красные полосы на нежной коже. Вес ротвейлера давил на её грудь, затрудняя дыхание. Она была раздавлена, задушена их необузданной похоти.
И тут третий, ещё один мастиф, обошел её сзади. Он обнюхал её задницу, задранную в напряжении, от огромного разбухшего члена в пизде. Тед снова помог. Он отодвинул пса, натянув пизду узлом, и другой рукой растопырил ее ягодицы, открывая доступ к тугому анусу. Мастиф с яростным рыком вонзился в нее.
— «Она плачет от удовольствия или от стыда? Хахах», — зачитал Лиля, и Марина поняла, что по её щекам текут слезы, но она не могла остановить стоны, вырывающиеся из забитого рта. — «Насадите её на трех сразу, хочу видеть, как она лопнет!»
Её сознание расплывалось. Она была полностью, со всех сторон, заполнена. Её маленькое тело разрывалось на части, живот гордо выпирал с исказившейся надписью «Клон». Она перестала быть Мариной. Она была просто набором дырок, телом, предназначенным для этого унижения.
Лиля наблюдала за происходящим с холодной усмешкой. Количество зрителей на стриме росло с каждой секундой. В чате бушевала буря эмоций – от отвращения и возмущения до болезненного любопытства и неприкрытого возбуждения. Она знала, что это видео станет вирусным, и её план по раскрутки канала удался.
Оргазмы шли один за другим, не давая передышки, срывая с неё остатки разума. Марина чувствовала, как узел дога внутри неё бьется в такт его конвульсиям, и вот горячая струя спермы хлынула в её матку. Почти одновременно ротвейлер застонал и наполнил её рот густой жидкостью. Её тело, не выдержав перенапряжения, погрузилось в темноту, разрывая связь с сознанием.
***
Очнулась Марина от жгучей боли в груди и тупой, разливающейся ноши в низу живота. Она лежала на той же холодной земле, голая, вся в грязи, глубоких царапинах и засохшей сперме. Воздух пах псиной, потом и чем-то кислым. Собаки спали поодаль, уставившись на неё уставшими глазами. Рядом
Моя шлюшка. продолжение