— Больше удовольствия?.. Оргазмы… — только и вымолвила Мелфи.
Мужик понял, что её рука инстинктивно осваивает самоудовлетворение, даже если ранее фея ничего такого и не пробовала. В штанах у него совсем тесно становилось, этак скоро намокать начнут. Ладно намокать — вокруг нет никого, кто бы заметил, — так машину вести сложно становится…
Прошло немного времени, и черноволосая наездница снова начала бурно кончать и теперь уже не останавливалась. Счётчик чётко сбросил единичку, а фея всё ещё дрожала и металась на стержне. Через несколько секунд метаний она хрипло заорала и застыла. Вздрагивающие мускулы выдавали не остановку, а невероятное напряжение. Она кричала, пока воздух в лёгких не кончился, и тогда она просто сидела, замерши, с открытым ртом. Счётчик переключился ещё раз: «3».
— Уф-ф, ё!.. — мужик понял, что потребности начинают требовать… Тянуть до следующей остановки становилось попросту небезопасно!
Фея на стержне обмякла, и её потянуло книзу. Медленно сползая, она вобрала в себя его почти весь, и в самом конце вздрогнула, словно от электрошока: видимо, стержень достал до матки.
«А может, достал раньше, а сейчас сдавил…» — фантазировал мужик. Фея дёрнулась и мало-помалу снова начала движения. Мужик оглянулся: Мелфи, высунув язык, бездумно двигала одной рукой между ног, а другая легла на сиську и периодически её сжимала.
«Так, всё, нужно сделать перерыв…» — решил мужик и стал забирать к обочине.
****
Подвывая тормозными генераторами, тяжёлый мусоровоз скатился с дорожного полотна, поднимая за собой облако пыли. Зашипела пневматика, и стальной монстр, качнувшись, замер. Пыль нагнала и окутала машину.
Черноволосая фея вовсю скакала на стержне. Потяжелевшие от пота чёрные волосы разметались по лицу и закрыли глаза, но она уже давно особо ни за чем не следила. Во всяком случае, ни за чем, на что можно было смотреть глазами, а не чувствовать другими органами.
С остановившимися двигателями стали слышны звуки двойной дрочки. Между стонами наездницы стали слышны чавкающие звуки её работающего на износ влагалища и лихорадочное дыхание. Сзади доносились робкие, приглушённые постанывания, но такое же частое дыхание.
Мужик, прикрыв глаза, слегка помял член через штаны и удовлетворённо выдохнул.
«Ух-х, хорошо, — то ли вслух, то ли про себя сказал он. — М-да, с такой работой жену я не удовлетворю, хех». Впрочем, это его волновало сейчас меньше всего. Он начинал терять терпение. Привычным движением он поднял тормоз и выключил зажигание. Где-то со щелчком разомкнулись цепи, и мужик смутно понял, что сделал что-то не то. Причём опять…
«Ай-й-й…» — скривил он физиономию в предвкушении растраты. Фея на стержне внезапно раскрыла глаза и уставилась вперёд невидящим взором. Тело её сковала судорога, рот раскрылся в беззвучном крике. Она не кричала — она скрипела. Ноги её затряслись. Писечка выстрелила струйкой, затем ещё раз; один из сосков на худой сиське набух белёсой каплей, которая быстро потяжелела и скатилась на трепещущий живот. Руки скрючились в неестественных изгибах.
«Ух, бля, три оргазма пропадают… — с горечью подумал мужик, глядя на фею-батарейку, выгорающую в оргастической агонии. — Ещё минимум на пару часов бы хватило… Эх, опять новую починать… Тьфу ты!»
По стержню вместе с соками скатилась маленькая капелька крови — внутри кончающей феи что-то лопнуло. Скрип перешёл в вой, лицо стало расслабляться и расплываться в безмятежной улыбке. Руки опали, а затем одна из них полезла в рот и гладить лицо. Спазм начал отпускать тело, и оно крупно затряслось — только бесстрастный стержень не позволял фее упасть. Наконец, финальный оргазм феи закончился. Она сгорбилась на стержне, пуская слюну и роняя капельки молока с одной из грудей. А затем и
Пчелка