что это крайне опасно и нужно было быть предельно осторожным.
— Ну, Тамара Николаевна, у каждого свой неповторимый вкус и аромат, но ваш лучший! - ответил я, стараясь придать своему голосу, как можно больше невинности, - "Ваш пирог" заслуживает самого пристального внимания и глубокого, проникновенного понимания!
Я заметил, как уголки губ тёщи слегка приподнялись в едва заметной улыбке. Она явно наслаждалась моей находчивостью и тем, как ловко я пытался выкрутиться из этой двусмысленной ситуации.
— А ты умеешь ценить хорошие "пироги", Роман, – проговорила она, глядя мне прямо в глаза, – Это очень ценное качество в мужчине. Не каждый мужчина способен оценить всю глубину и насыщенность вкуса.
— И правда, мама, твои пироги, это что-то уникальное, – подхватила Лена, нашу словесную дуэль, не подозревая о её скрытом подтексте, – Я вот до сих пор помню тот с вишней, который ты пекла на мой день рождения. Невероятный!
— О, с вишней... да, - задумчиво протянула Тамара Николаевна, как будто, что-то вспоминая.
Она рассмеялась, но смех её был тихим и каким-то особенным.
Тёща явно была удовлетворена этой зашифрованной беседой. Появившаяся на её лице довольная улыбка, свидетельствовала о том, что игра в намёки ей пришлась по вкусу. Я же сидел как на иголках, чувствуя себя предателем, трусом и... возбуждённым. К счастью, Лена совершенно не подозревала о том, что творилось у меня в душе, как и не замечала она скрытого подтекста в нашем опасном флирте с её матерью.
Вечер прошёл своим чередом, без каких-либо неприятных моментов и пришло время, ложиться спать.
В постели, Лена прижалась ко мне, ища привычного тепла и ласки. Я ответил на её объятия, и мы занялись любовью. Но теперь, как будто всё шло по-другому. Я сразу ощутил разницу между женой и её матерью, и мои симпатии твёрдо склонялись к тёще.
После обычных толчков и несколько хаотичного оргазма мы легли рядом. Лена была довольна, но я не нашёл в этой близости никакой искры, никакого восторга, подобного тому, который я испытал с Тамарой.
Ещё некоторое время мы делились объятиями, поцелуями и потом последовало пожелание спокойной ночи.
Лена быстро заснула. Я же, напротив, не мог сомкнуть глаз. Чтобы не потревожить её, я тихо выскользнул из постели, надел трусы, шорты и рубашку, и вышел на веранду подышать ночной прохладой.
Веранда находилась позади дома, с противоположной стороны от входа. К ней вела вымощенная плиткой дорожка, словно приглашающая в укромный уголок. На просторной веранде стоял массивный стол и несколько прочных стульев – идеальное место для вечерних посиделок. Одна сторона была увита пышной зеленью дикого винограда, а остальные, открывали вид на ночное небо. Небо было невероятно глубоким и чистым, усыпанным яркими звёздами. Полная луна сияла так ярко, что освещала всё вокруг, почти как днём. Ночная прохлада ласково окутывала, и дышалось легко и свободно.
Я стоял там погруженный в свои мысли, когда на веранду бесшумно пришла тёща. На ней был лёгкий махровый халат, завязанный на талии поясом.
— Что не спишь? – тихо спросила она.
— Не могу уснуть, - признался я, - Твоё предложение не выходит из головы... А ты, что не спишь?
— Наверное, по той же причине, - ответила она, и в её глазах мелькнули озорные искорки.
Мы встретились взглядами, и в этой тишине, под сиянием полной луны, пристально смотрели друг на друга, не отводя глаз.
— Ты думал насчёт моего предложения? - её вопрос был полон ожидания.
— Да, – мой ответ прозвучал твёрдо.
— И... что скажешь?
Я на мгновение замер, собирая всю свою решимость, и ответил:
Я так это люблю.