Не думая, инстинктивно, она начала двигать ладонью вверх-вниз по его длине, ощущая под кожей напряжённые вены и гладкость головки. Её движения были неуверенными, но жадными. Она тянула его к себе, к своему центру, туда, где всё ещё пульсировало и было влажно от её недавнего потрясения.
Виктор мягко остановил её руку. "Подожди, " — прошептал он хрипло. Он перевернулся, лег на неё сверху, опираясь на локти. Его тело было тяжёлым и тёплым, прижимающим её к матрасу. Аня почувствовала его живот на своём, его грудь на своих маленьких грудях. Его дыхание, тёплое и прерывистое, касалось её губ. Мужчина медленно провёл рукой между её ног, пальцы скользнули по влажным складкам, собрали её сок на кончиках. Она вздрогнула, её бёдра приподнялись навстречу прикосновению. Он направил себя в неё — внутри узко, девственно. Головка упёрлась в сопротивление плоти. Аня замерла, её глаза расширились от страха ожидания боли. Но Виктор не торопился. Он наклонился, коснулся её губ своими. Поцелуй был мягким, успокаивающим, почти невинным. Его язык коснулся её языка лёгким движением. "Расслабься, " — выдохнул он прямо в её рот. "Дай мне войти." Витя медленно, с постоянным давлением, но без рывка, ввёл головку внутрь. Девушка ахнула — не от боли, от неожиданного растяжения. Он почувствовал напряжение девушки и остановился на мгновение, дав ей привыкнуть к ощущению инородного тела внутри. Его пальцы снова нашли её клитор и начали лёгкие круговые движения. Волны тепла и удовольствия отвлекли её от дискомфорта проникновения. Она застонала в его рот. Он ответил стоном и медленно двинулся глубже, заполняя её узкий проход полностью. Анна почувствовала его внутри себя — горячим, твёрдым, пульсирующим. Это было странно, интимно до боли. Он начал медленные движения — неглубокие, ритмичные толчки внутрь и наружу. Каждый вход сопровождался лёгким трением по её чувствительным стенкам, вызывая новые волны тепла. Девушка обвила его бёдра своими худыми ногами, притягивая его глубже. Её руки обхватили его спину, пальцы впились в кожу лопаток. Она растворилась в этом ритме, в его весе на себе, в его дыхании на своей шее. Аня чувствовала только его — его запах (мыло, пот, мужчина), его тепло, его движения внутри неё. Мир сузился до их тел на узкой кровати, до гула стиральной машины из кухни, до их слившихся стонов. Аня отдалась полностью — его воле, его телу, своим новым, захлёстывающим чувствам. Её глаза закрылись. Она была здесь. Его. Совсем.
Виктор сдерживался изо всех сил. Он чувствовал её узость, её горячие стенки вокруг себя, её непроизвольные сжатия от удовольствия. Огонь клокотал внизу живота, грозя вырваться наружу. Мужчина замедлил ритм, сделал толчки ещё мельче, почти не выходя из неё. Его пальцы продолжали ласкать её клитор — теперь быстрее, увереннее, ритм совпадал с движениями его бёдер. Витя чувствовал как её напряжение нарастает. Дыхание девушки стало поверхностным, стоны — выше и звонче. Она прижималась к нему всем телом, пальцы судорожно сжимали его спину. Виктор знал, она близка. Он сосредоточился на ней, на её реакции, на её удовольствии. Его собственное желание кончить отступило на второй план. Он хотел увидеть её пик, почувствовать её конвульсии, пока он в ней. Он ускорил движения пальцев на её клиторе, его толчки стали чуть глубже, целенаправленнее, стимулируя чувствительную точку внутри. "Отпусти, " — прохрипел он ей в ухо. Его слова стали спусковым крючком. Её тело вздрогнуло всем корпусом. Она закричала — тихий, хриплый крик чистого экстаза. Её влагалище сжалось вокруг его члена судорожными волнами. Её ноги свелись у него на спине, руки
Эстафета