то служение, о котором она думала. Но её тело горело, требуя продолжения. Она жаждала служить ему, быть инструментом его удовольствия, но слыша его тихие стоны удовлетворения от её реакции, от её влаги на его губах, она вдруг поняла: это и есть то, чего он хочет. Он хочет её удовольствия. Он хочет её отклика. Это было её служением ему — принимать его ласку и отвечать на неё всем своим существом. Эта мысль, странная и нелепая, пронзила её как молния. И она сдалась. Она перестала сопротивляться ощущениям. Она позволила волнам нарастающего наслаждения смыть все её страхи и ожидания. Она начала двигать бёдрами навстречу его языку, её стоны стали громче, увереннее. Она служила ему своим удовольствием. Она служила ему своей отдачей. Это было её подношением. Её благодарностью. Она открыла глаза и увидела его взгляд — сосредоточенный, тёмный от желания, но в нём не было жестокости. Была только сосредоточенность на ней. На её реакции. На её удовольствии. Она протянула руку, коснулась его щеки. Её пальцы дрожали. "Хозяин..." — прошептала она хрипло.
Он отозвался глухим стоном, его язык усилил давление на её клитор, ритм стал быстрее, целенаправленнее. Мужчина почувствовал, как её тело начало сжиматься вокруг него, как мышцы её влагалища начали пульсировать в предвкушении кульминации. Его пальцы, продолжая ласкать её бёдра и низ живота, стали мягче, успокаивающе. Виктор хотел, чтобы она почувствовала каждую секунду приближения к пику, чтобы она прочувствовала его всем телом. Он не торопился. Он хотел растянуть этот момент, сделать его полным и глубоким. Витя чувствовал её взгляд на себе, её доверчивый, почти молящий взгляд. Девушка была готова. Она была открыта ему полностью. Физически и эмоционально. Её дыхание стало прерывистым, стон превратился в непрерывный протяжный звук. Пальцы Ани вцепились в его волосы, не отталкивая, а притягивая его к себе. Она была на краю. Она чувствовала, как спазм начинает нарастать где-то глубоко внутри, распространяясь волнами тепла по всему телу. Аня закрыла глаза, её голова запрокинулась на подушку. Она не думала больше ни о чем, кроме его языка на ее киске, его рук на ней, его желания видеть её счастливой в этом мгновении. Она служила ему своим удовольствием.
Оргазм накрыл её внезапно и сокрушительно. Её тело выгнулось дугой, отрываясь от постели, мышцы живота напряглись до предела. Громкий, хриплый крик вырвался из её горла — не крик боли, а крик освобождения, чистого, неконтролируемого экстаза. Волны спазмов прокатились по её влагалищу, сжимаясь в отчаянной жажде, сотрясая всё её хрупкое тело. Она потеряла ощущение времени и пространства. Мир сузился до вспышек света за закрытыми веками и огненного потока удовольствия, заливавшего её изнутри. Её пальцы судорожно сжали простыню, ноги непроизвольно сомкнулись на его голове, удерживая его губы на месте даже в момент пика. Она задыхалась, её грудь вздымалась, сердце бешено колотилось где-то в горле. Казалось, это никогда не кончится. Она растворилась в этом ощущении, стала им.
Постепенно, очень медленно, спазмы стали слабее. Огонь в теле сменился теплым, приятным покалыванием. Аня открыла глаза, медленно выныривая из небытия. Её тело всё ещё мелко трясло, жар гулял волнами по коже. Она увидела Виктора рядом с собой. Он лежал на боку, смотрел на неё тёплым, довольным взглядом. Его рука мягко поглаживала её живот, скользила вверх к маленькой, упругой груди, лаская сосок подушечкой большого пальца. Он был возбуждён — его член стоял твёрдо и горячо рядом с её бедром. Она почувствовала это кожей. Её рука, будто сама собой, потянулась к нему. Тонкие пальцы обхватили горячую, пульсирующую плоть.
Как я пошла по рукам. 1 часть