последнем, неудержимом порыве. Он вскрикнул, его пальцы впились в затылок Сергея, притягивая его лицо к себе. Горячая волна вырвалась из него пульсирующими толчками прямо в горло парня. Сергей не отпрянул. Он пытался глотать жадно, но основная масса смермы все же лилась наружу, вместе со слюной, оставляя влажные пятна на подушках дивана. Его глаза закатились, тело напряглось дугой между двумя мужчинами. Макс, видя это, зарычал. Его движения стали хаотичными, резкими. Он впился пальцами в ягодицы Сергея, раздвигая их до боли, и вошел глубже, чем когда-либо. Раздался хриплый стон — не от Сергея, а от самого Максима, когда его тело выплеснуло все внутрь Сергея горячими, липкими толчками.
Сергей рухнул на диван лицом вниз. Шелк платья прилип к потной коже поясницы. Между ног — липкая влага спермы Максима, медленно вытекающая на винил дивана. Артем стоял над ним, тяжело дыша. Он глядел на эту картину: на дрожащие ягодицы Сергея, на его руки, все еще вцепившиеся в подушки. Его взгляд скользнул к Максу, который отшатнулся, от взгляда Артема. На лице друга — не облегчение, а острая растерянность, почти стыд. Артем ухмыльнулся дико. Он опустился на колени рядом с Сергеем, рука его скользнула по влажной спине под платьем. Пальцы Артема нашли вход Сергея, растянутый и блестящий от смеси смазки и спермы. Он ввел один палец внутрь легко, почти без сопротивления. Сергей вздрогнул всем телом, но не отдернулся. Лишь тихий стон вырвался из него.
— Открой глаза, Сереженька, — Артем приказал хрипло. Его палец медленно двигался внутри Сергея, ощущая каждый спазм горячих мышц. Сергей повернул голову набок, открыв мокрое от слез и слюны лицо. Глаза его встретились с Артемом. В них не было ненависти. Была пустота — темная и бездонная. Но в глубине пустоты тлела искра чего-то нового: Признания? Покорности?
— Вот так, сучка, — Артем ввел второй палец, растягивая влажное отверстие шире. Сергей застонал глухо, его бедра непроизвольно подались назад навстречу движениям. — Сейчас я научу тебя кончать, как девку... Чувствуешь это?
Максим сидел на краю дивана перед Сергеем, глядя на то, как Артем трахает его пальцами. Не веря в то, что сейчас произошло. В то, что он только что делал сем со своим другом. Протяжный стон Сергея вырвал его из рефлексии. Член Сергея выплевывал тонкие струйки вязкой спермы, пока Артем с садистской улыбкой продолжал вгонять пальцы в его зад.
— Дерьмо, — тихо прошептал Макс.
***
Серое, безразличное утро вползло в комнату через запотевшее окно. Спертый воздух, дополнительно сгущенный запахами секса и пота. Теплый солнечный луч, обещающий, что новый день будет столь же жарким, застал их троих там, где их оставила ночь, — разбросанными по комнате, как обломки после кораблекрушения.
Первым пошевелился Макс. Он поднялся с кресла, того самого, которое в начале прошлого вечера облюбовал себе Артем. Его движения были скованными, будто все суставы заржавели. Парень не смотрел ни на Сергея, растянутого на помятом диване, ни на Артема, стоявшего спиной к ним у окна. Он просто молча, торопливо, стал искать свою футболку, джинсы. Одевался, отвернувшись, словно стараясь не видеть самого себя.
Когда он был готов, он замер у выхода, не решаясь повернуть ручку. Его спина была напряжена.
— Я... — его голос сорвался, он сглотнул и начал снова, почти неслышно. — Прости...
Слово повисло в воздухе, никем не подхваченное. Оно не было обращено ни к кому конкретно. Это было просто констатация факта, признание вины перед всеми и ни перед кем одновременно. Он не ждал ответа. Рывком он толкнул дверь и выскользнул в подъезд. Звук захлопнувшейся двери
Встреча выпускников