В его голове промелькнул смутный, сюрреалистичный образ. Это было странно, нелепо... но чертовски интересно. Он украдкой взглянул на Сергея, пытаясь представить.
Сергей молчал, опустив глаза. Он чувствовал на себе их взгляды — тяжелые, любопытные. Где-то в глубине шевелился протест, чувство унижения. Он не знал что ответить друзьям. Это было неправильно, но ведь это он пригласил их, а теперь все сидят и скучают. Это же просто игра. Мелькнула мысль в его голове. Шутка.
— Я... не знаю, — наконец выдохнул он, и голос его прозвучал хрипло. — Это как-то...
— Стремно? — подсказал Артем, но без насмешки, скорее с пониманием. — Ну, мы же свои. Кто увидит? Макс молчок, я — тем более. Просто... эксперимент. Чтобы время убить.
Он встал и подошел к двери в комнату Ксении, положил ладонь на косяк.
— Там, наверное, целая бездна неизведанного, — его голос стал заговорщицким. — Ты же никогда не заглядывал? Любопытно же.
Сергей посмотрел на дверь. Обычная белая дверь, за которой лежал целый мир, ему не принадлежащий. Сестра никогда никому не позволяла входить в ее комнату. Она всегда очень ревностно относилась к своим вещам. Ксюха просто убьет его, если узнает.
Он все еще сидел, не в силах пошевелиться, но внутри него уже начиналась буря. Он знал, чем все это закончится. Артем всегда доводил свои идеи до конца. Чего бы это ни стоило. Каждая клетка тела Сергея сопротивлялась.
— Не-а, — коротко и твердо сказал он, глядя в окно. — Это уже слишком.
— А что «слишком»? — Артем положил руку ему на плечо, его голос звучал спокойно, почти по-дружески. — Мы же свои. Кто увидит?
— Это... не в этом дело, — Сергей сжал кулаки. — Это просто... стремно. Ненормально.
— Почему? — Артем присел на корточки перед ним, заглядывая в глаза. — Объясни. Ты же умный. Объясни, почему пацан не может просто по приколу переодеться? Что в этом такого? Или, типа, все эти артисты в теартах, они, типа, педики?
Сергей молчал. Он не мог найти слов, которые бы не звучали глупо. Потому что так не принято? Потому что я не девчонка? Все это выглядело бы детским лепетом перед уверенным напором Артема.
— Боишься, что мы потом трогать будем? — почти невинно спросил Максим, и от этой прямой пошлости Сергея передернуло.
— Да нет, — буркнул он, чувствуя, как краснеет от стыда.
— А чего тогда? — Артем не отступал. Его голос стал тише, но в этой тишине он прозвучал весомее. — Смотри. Мы тут трое. И у нас у всех — ноль. Никто из нас даже близко не был с девушкой. Мы ничего о них не знаем. А тут... шанс. Почти как научный эксперимент. Узнать, каково это — быть по ту сторону. Хоть немного. Чисто понять.
Он сделал паузу, давая словам просочиться.
— А ты упираешься. Как будто тебе одного взгляда со стороны хватает. Может, ты правда что-то знаешь, чего мы не знаем? — Вопрос повис в воздухе, ядовитый и несправедливый.
— Я ничего не знаю, — мрачно ответил Сергей.
— Ну вот видишь! — Артем хлопнул друга по колену, как будто что-то доказал. — Мы все в одной лодке. А ведешь себя так, будто ты выше этого. Будто ты какой-то... правильный. Неприкосновенный.
Эта фраза попала в цель. Сергей всегда чуть дистанцировался от их грубоватых, и порой глуповатых, шуток, пошлых разговоров, и теперь Артем использовал это против него. Сергей подался в перед, сам не ожидая от себя такого.
— Я не правильный, — пробормотал Сергей, но защита таяла.
Мария-Троица