глядя на него сверху вниз. В его глазах не было насмешки, лишь холодный, испытывающий вызов. — Докажи, что ты с нами. Что ты не просто так тут сидишь, пригласив нас повеселиться и не развлекая. Просто зайди в ту комнату. Просто посмотри. Выбери что-нибудь. Никто тебя силой тащить не будет. Сам.
Он отступил на шаг, демонстративно убирая давление.
— Твое дело. Но если нет... — он пожал плечами, — тогда, получается, мы тут зря собрались. И ты зря нас позвал. Сиди тут один в своей правильности.
Это был удар ниже пояса. Артем прекрасно знал, что Сергей боится оставаться один. Угроза изгнания. Угроза остаться одному, быть чужим, не «своим пацаном». Сергей видел, как Макс смотрит на него с немым вопросом. Он чувствовал, как стены его сопротивления рушатся под тяжестью этого коллективного ожидания.
Он медленно, будто скрипя всеми суставами, сполз с подоконника. Внутри была пустота и комок стыда где-то глубоко в груди.
— Ладно, — выдохнул он, не глядя ни на кого. — Только... быстро. И не лезть ко мне.
— Естественно, — Артем обезоруживающе поднял ладони, а затем мягко похлопал его по плечу. — Мы просто посмотрим.
Сергей, не поднимая головы, побрел к двери в комнату сестры. Его шаги были медленными, тяжелыми. Он толкнул дверь и скрылся за ней.
Артем повернулся к Максиму. На его лице читалось странное возбуждение — азарт от того, что опасная идея нашла отклик. Он молча поднял бровь, словно говоря: «Ну что, понеслась?».
Максим ничего не ответил. Он смотрел на захлопнувшуюся дверь, и по его лицу ползла тень тревоги, смешанной с нездоровым любопытством. Игра, начавшаяся как тупая шутка от жары и скуки, сулила превратиться во что-то, чему Макс не мог дать названия.
***
Дверь закрылась, отрезав его от привычного мира. Сергей прислонился лбом к прохладной деревянной поверхности, пытаясь унять дрожь в коленях. В ушах стучало: «Просто посмотрим... просто шутка...» Но в груди было тяжело и пусто, будто он только что совершил предательство. Предательство самого себя.
Он оттолкнулся от двери и медленно, будто по тонкому льду, пересек комнату. Воздух здесь был другим — густым, сладковатым, пропитанным женщиной. Парень остановился перед шкафом сестры, не решаясь открыть его.
«Что я делаю?» — пронеслось в голове. Он представил себе насмешливые лица друзей за дверью, и волна жгучего стыда накатила на него. Нет. Он не может. Лучше выйти сейчас, послать их к черту и навсегда стать для них «занудой» и «слабаком». Эта мысль укоренилась в сознании.
Но тут сквозь дверь донесся сдавленный смешок Артема. И этого было достаточно. В груди кольнуло. Рука сама потянулась к ручке шкафа.
Сергей рывком открыл створку. Перед его взором открылись ряды платьев, блузок, юбок. Его взгляд зацепился за сложенные на полке шорты свободного кроя и простой черный топ. Почти как его собственная одежда. Почти нормально.
«Сойдет, быстро надеть и выйти, » — с облегчением подумал он.
Он сбросил с себя футболку и шорты, торопясь, пока не передумал. Кожа покрылась мурашками. Натянул топ — ткань коснулась кожи иначе чем его собственная одежда. Затем шорты. Сидели они плотнее, обтягивая бедра.
Сергй уже повернулся к двери, готовый покончить с этим маскарадом, но движение в большом зеркале заставило его замереть.
Он увидел отражение. Свое и одновременно чужое.
Тонкие, обнаженные плечи, выступающие ключицы. Узкие бедра в обтягивающей ткани. Его собственное лицо, но какое-то... размытое, незавершенное без привычного грубого контура футболки и спортивных шорт.
«...эффектное», — эхом прозвучал в памяти голос Артема.
Он медленно, против воли, сделал шаг к зеркалу. Потом еще один. Его пальцы сами, будто живые, потянулись к туалетному столику, заставленному баночками и тюбиками.
Не читайте странных писем. Часть первая