Сергей, как сомнамбула протянул руку и взял помаду. Выкрутил ее. Запах клубники и воска.
Не отрывая взгляда от своего отражения, он неумело, с нажимом, провел стержнем по губам. Получилось криво, некрасиво, контур поплыл, мазок лег неровно. Но цвет... Алый, яркий, кричащий цвет изменил все.
— Сергей, ты там уснул? — донесся из-за двери нетерпеливый голос Артема.
— Не торопи! — резко, почти визгливо огрызнулся он, и его собственный голос прозвучал так незнакомо, что он сам испугался.
Он стер помаду салфеткой, оставив на лице лишь розовые разводы. Но остановиться уже не мог. Взяв телефон, дрожащими пальцами, Сергей набрал: «Простой макияж для начинающих». Запустил первый попавшийся ролик.
Девушка с идеальным лицом на экране легко и плавно наносила тени, подводку, тушь. Ее движения были отточенными, почти волшебными. Парень повторял за ней, сосредоточенно водил кисточками по векам, стараясь попасть в складку, растушевать, подвести. Получилось не идеально, линии дрожали, но когда он отложил телефон и снова посмотрел в зеркало, дыхание перехватило. Его бледное лицо вдруг ожило, губы стали объемными, будто чужими.
Из зеркала на него смотрела незнакомка. Глаза, казавшиеся больше и глубже, обрамленные стрелками. Длинные, густые ресницы. И аккуратные, с четким контуром, алые губы. Он медленно улыбнулся — и незнакомка улыбнулась ему в ответ, заигрывающе прищурившись. Он подмигнул — и она повторила. Он послал воздушный поцелуй — и отражение повторило жест. Щеки горели под слоем тона, а в груди распирало странное, пьянящее чувство — смесь стыда, восторга и страшной, запретной власти над собственным преображением.
Но потом его взгляд скользнул вниз, на шорты и топ. Внезапно они показались ему убогими, неподходящими, жалкими для этого нового, почти волшебного лица. Они кричали: «фальшивка!». «Не то...»
Он снова подошел к шкафу. На этот раз рука парня, уже более уверенная, потянулась не к нейтральному топу, а к тому, что он подсознательно искал с самого начала — к короткому черному платью-футляру. Он снял шорты с топом и натянул платье. Ткань плотно, как вторая кожа, облегла его бедра, подчеркнув линию талии, которую он раньше не замечал. Сергей повернулся перед зеркалом, принял несколько поз — то скрестив ноги, то отставив руку на бедро, копируя манерность моделей из журналов. Да. Так. Так — правильно. Так — закончено.
Остались волосы. Он собрал их в небрежный хвост — слишком просто, слишком по-пацански. Потом попробовал просто разбросать по плечам — слишком растрепано, дико. Наконец, разделил на две тяжелые пряди и собрал в два хвоста по бокам. Темные, шелковистые локоны обрамляли его новое, незнакомое лицо. Идеально.
Сергей облизал губы, закрепляя помаду, и этот неосознанно-кокетливый, чисто женский жест окончательно стер в отражении того растерянного парня, что полчаса назад сидел на подоконнике. На его месте стояла она. Таинственная, чужая и до головокружения притягательная.
Он был готов.
Сергей глубоко вздохнул, расправил плечи, и последний раз встретился взглядом с девушкой в зеркале. Ладонь легла на холодную металлическую ручку. Сердце колотилось, выбивая дробь приговора. Еще секунда — и он шагнет туда, в другую реальность, из которой, он смутно чувствовал, уже не будет возврата.
***
За дверью царило напряженное ожидание. Максим переминался с ноги на ногу, то и дело поглядывая на запертую дверь.
— Может, все-таки зря мы? — тихо пробормотал он. — Мне как-то не по себе.
Артем, прислонившись к стене, лишь усмехнулся:
— Расслабься. Посмеемся и все забудем.
Но в его голосе сквозила плохо скрываемая нервозность. Он и сам не ожидал, что Сергей действительно согласится. Эта непредсказуемость будоражила.
Внезапно щелчок поворачиваемой ручки прозвучал как выстрел. Оба вздрогнули и замерли.
Дверь медленно отворилась.
Сначала в проеме ничего не было видно. Затем из полумрака комнаты
Марафон мочевого пузыря