— Ну-ну, спокойно, психопатка, — его голос стал низким, вкрадчивым, он наклонился чуть ближе, и его дыхание коснулось ее губ. — Сначала дерешься, а теперь дрожишь. Интересная трансформация. Тебе это нравится, да? Когда тебя прижимают покрепче?
— Ну и нрав, — тихо прошипел он, его губы почти касались ее кожи. Он сделал маленький шаг вперед. Она, повинуясь давлению, была вынуждена сделать шаг назад. — А я-то думал, ты просто истеричка. А ты, оказывается… — он сделал еще шаг, и она снова отступила, — просто не знаешь, куда девать всю эту энергию.
Он заметил. Конечно, заметил. Как ее зрачки расширились, вбирая в себя весь свет. Как ее дыхание, сначала гневное, стало сбивчивым и глубоким. Что-то хитрое, понимающее и безжалостное, промелькнуло в его насмешливых глазах.
— Отстань, Коул… — выдохнула она, но в ее голосе не было прежней силы, только хриплая, беспомощная мольба.
— Отстать? — он фальшиво удивился, продолжая свое медленное, неумолимое наступление. — Но я же только пытаюсь помочь. Вижу, человек перегрелся. Нужно… охладить.
Он толкнул ее вперед. Ягодицы Джейн беспомощно ударились о столешницу. Прежде чем она успела сообразить что-либо, он оказался вплотную, втиснувшись между ее ног. Его бедра прижались к ее тазу, и она замерла, почувствовав через тонкую ткань шорт жесткую мощь его возбуждения. Ее собственное тело отозвалось огненной волной, заставив сжаться низ живота.
— Вот так-то лучше, — его голос стал густым, низким, без единой нотки насмешки. Одна его рука все еще сковывала ее запястья, прижимая их к ее пояснице, а другая уперлась ладонью в столешницу рядом с ее бедром, замыкая ее в клетке из своих рук.
Он наклонился так близко, что его дыхание, теплое и учащенное, смешалось с ее собственным.
— Скажи, Джейн, это я так на тебя воздействую? — он медленно, почти невесомо, провел губами по ее горячей щеке, заставив ее содрогнуться. — Или ты всегда такая… готовая?
— Замолчи… — прошептала она, закрывая глаза, но ее бедра сами собой, предательски, подались навстречу его тазу в поисках давления, трения, чего угодно.
— Ага, — он хрипло рассмеялся, и его зубы легонько защекотали ее мочку уха. — Не хочешь говорить. Тогда давай посмотрим.
Его свободная рука скользнула на внутреннюю сторону ее бедра, прямо под шортики. Он провел пальцами по нежной коже, горячей и влажной, так близко к тому месту, где все ее существо кричало о потребности, но не касаясь его.
— Видишь? — он дышал ей в шею, его голос был приглушен ее пылающей кожей. — А я всего лишь прикоснулся. Что же будет, если я… — он резко выдернул руку и, почти грубо, прижал ладонь к самому центру ее промежности, через ткань шорт. Джейн задохнулась в сдавленном похотливом стоне. Ее тело выгнулось, полностью отдаваясь на волю его руки.
Настоящая учительница