я раздвинул её ягодицы и, в свою очередь, прижал язык к её анусу, трепетавшему от желания. Каждый стон из её рта подтверждал правильность моих действий и намерений. Катерина покачивалась, словно предлагая моему языку неизведанные уголки своего тела. Но мне лишь отчаянно хотелось попробовать вкус её соков из пизды. Поэтому я крепко схватил её за бёдра и перевернул так, что она оказалась на спине, раздвинув бёдра. Но когда она оказалась в таком положении, я обнаружил не только её тёмные лобковые волосы, которые я уже успел увидеть и которые мне безумно хотелось раздвинуть, но и пирсинг клитора.
— Пирсинг? Здесь? — воскликнул я, наклоняясь поближе к её промежности.
— Да. Это усиливает наслаждение в десятки раз, и, поверь мне, я кончаю благодаря ему как сумасшедшая во время мастурбации!
Можно сказать, что это и было главное открытие дня. Я был поражён, увидев, что у этой скромной матери моей жены не один, а целых два пирсинга, потому что тот, что возле соска, и который я облизывал в начале нашей близости, теперь смотрел на меня со своего места, как на мальчика, ничего не соображающего в тонкостях и нюансах секса!
Когда первоначальное удивление прошло, когда я снова сосредоточился на её теле, я погрузил язык во влажные складочки её пизды. Вкус был солёным, несомненно, возможно, немного кислым, но, прежде всего, совершенно опьяняющим. Запахи, вкусы и ощущения смешались и перенесли меня в эротическую нирвану. Мой язык нежно вошёл в неё, затем я энергично дразнил её клитор, огибая пирсинг. Когда Катерина, казалось, привыкла к моим подвигам, я решил удивить её. Прижавшись ртом к её клитору, я посасывал пирсинг в нём, заставляя его вибрировать между языком и верхней губой. И тут её влагалище вдруг широко раскрылось и из него изверглась мощная струя тёплой влаги, которая потекла по моим губам и подбородку. Опьянённый таким куннилингусом и сквиртом, я открыл рот и снова предложил ей свой преданный язык.
— Подрочи пальцами одновременно, дорогой — прошептала она в паузе между стонами.
Мне нравилось, когда женщина руководила мной во время секса, направляла меня, сама подводила к своим самым чувствительным местам. Поэтому я воспользовался невероятной влажностью губ её пизды и, не раздумывая, вошёл в неё. Два пальца прочно погрузились в её киску, двигаясь теперь в такт моему языку. Лёгкое прикосновение к клитору, более длительное — к малым половым губам, а затем мои пальцы, отмеряя такт, энергично проникали в пизду моей тёщи.
— Нравится, шлюха? — невольно вырвалось у меня. Я затаил дыхание после этих своих грубых слов, опасаясь получить в ответ кое-что покрепче. Но результат превзошёл все мои опасения и ожидания.
— О, да сучёнок! Ещё как нравится! Трахни меня, мой кобелёк! Выеби меня как следует! Наполни мою пизду своей спермой. Господи, как же приятно быть твоей шлюхой!
Да, ей это нравилось. Громко охнув, Катерина испустила долго сдерживаем гортанный крик. Клитор её напрягся, и из глубины её существа вырвался на волю мощный оргазм. Она больше не контролировала себя, позволяя наслаждению проникать в её сознание, а своим сокам, смешанным с моим преякулятом свободно истекать из её влагалища, затапливая подушку кресла.
— О, дорогой! – простонала она, сжимая грудь.
Думаю, это был сигнал. Она была определённо переполнена, и её желание быть трахнутой ещё раз не было загадкой. Я встал, схватил свой член и наклонился к ней, подставив свою головку её влажным губам.
«Динь-дон!» Вдруг раздался звук звонка входной двери.
— Ты кого-то ждёшь? - Я снова выпрямился, широко раскрыв глаза, но член всё ещё был в моей руке.
Гнездо диких пчёл