- Робан повернулся к вождям. - А вы, вы готовы к сражению? Как удобно, что вы проснулись вовремя. Моя младшая сестра сражалась прошлой ночью, и я не слышал, чтобы вы были тогда готовы, — прорычал Робан. - Наверное, к лучшему, это была не битва для дряхлых хвастунов из Норгара.
— Мы тоже так считаем, — проворчал Иген Бьерек.
— Похоже, сегодня нам не придется сражаться, — согласился другой вождь.
— Мы не бесполезны! — крикнули тарги. – Мы приготовили праздничное угощение!
Собрание норгарцев разразилось бурным смехом.
— Вам лучше бежать обратно в свой лагерь, пока моя сестра не схватила вас. Сегодня утром она немного раздражительна, — предупредил их Робан, садясь на лошадь.
Прием, который оказали их процессии в Нотабире, сильно отличался от того, что был в Норгаре. Новое имперское знамя развевалось над воротами и башнями Нотабира. Колокола возвещали об их прибытии, а жители Нотабира приветствовали их, когда они проезжали через город. Некоторые женщины и дети даже бросали им цветы на пути. По прибытии в их городской дом их ждал Барен Монгель. Он улыбался от уха до уха.
— Всю ночь и весь день прибывали гонцы, возвещая о чудесах. Огузи побеждены; Робан Магон вернулся из подземного мира; император Мантакина убит, а Атея Магон коронована новой императрицей Мантакинской империи. И это только самые большие чудеса, о бесчисленных других чудесах, о которых я с трудом могу поверить, ходят слухи и сплетни, — приветствовал их Барен Монгель. - Как назначенный посол Нотабира, позволь мне приветствовать Атею Магон, императрицу Мантакина, Верховную защитницу Северной Верни, Матассаю амазонок, — и здесь Барен сделал паузу и подмигнул, — богиню хаоса. Граждане Нотабира склоняются перед тобой в вечной благодарности.
— Неплохая карьера для нескольких месяцев усердной работы, — ответила Атея с улыбкой. - Я и мои соратники давно не спали и нам нужно отдохнуть. Но пусть жители Нотабира знают, что война с империей Мантакин и ее союзниками закончилась. Сегодня и всю следующую неделю мы будем праздновать окончание войны.
Когда Атея, ее друзья и семья вошли в дом, вокруг царила радостная атмосфера. Внутри их встретили Леандрис, Чалисса, Мейра, Патесса и Нигулла. Приветствие было менее формальным и более личным.
Позже, после долгой расслабляющей ванны, Атея лежала на большой кровати в своей комнате, обнаженная, на животе. Вокруг было тихо, единственным звуком было потрескивание огня в камине. Атея чувствовала усталость, но не была по-настоящему утомлена. Она не хотела думать, и Хаос тоже молчал. Скрип двери, открывающейся и закрывающейся, был очень желанным отвлечением. Она молчала, закрыв глаза, но внимательно прислушивалась к звуку, как кто-то раздевается и одежда падает на пол. Тяжелое тело, опустившееся на ее кровать, заставило матрас под ней покачнуться, и она сдержала смех. Он поцеловал ее левую ягодицу, и она пошевелила своей маленькой попкой, требуя поцелуя и в правую ягодицу. Атея вскрикнула от удивления, когда он не только поцеловал ее другую ягодицу, но и раздвинул ее бедра и широко лизнул ее киску, проходя по всей щели между ягодицами и по ее маленькому анусу.
— Смерть и посещение подземного мира не смогли уменьшить твою развращенность, — хихикнула Атея.
— Не будь в этом так уверена. Я провел некоторое время в компании сияющих душ. Это было просветляющим, — ответил Робан и укусил ее безупречную попку, заставив ее снова вскрикнуть.
— Я видела в глазах Рабины, что ты сделал с ее сияющей душой. Это просветило тебя так же, как и ее? — спросила Атея.
— Не напоминай мне об этом, это было так чертовски обидно, — стонал Робан, прижимая
Волшебная массажистка