— Мы воспользовались новостями, полученными от Ниоме, и немного поговорили с Хоргуном и Айфессарой. Прежде всего мы хотели узнать побольше о Дженайе, поскольку она может стать важной персоной в будущем и, очевидно, принадлежит к их роду. Лишь немногие из тех, кто родился и вырос в Гол-Гантее, когда-либо покидали королевство. То, что мы узнали, оказалось удивительным. Ее родителям запретили въезд в королевство. Это самое страшное наказание в королевстве, смертный приговор для каждого из первых трех поколений. Им всю жизнь нужна кровь родителей, без нее они сходят с ума от голода и в конце концов умирают. Никто не знал, что в тот момент женщина была беременна. Дженайя вообще не родилась в королевстве и стала сиротой в возрасте двух лет. Именно столько времени ее родителям пришлось терпеть свое медленное и жестокое наказание. Королевская чета отказалась рассказать о причине изгнания родителей и ничего не знала о ребенке. Им было более чем любопытно узнать, что это за член их семьи в четвертом поколении. Когда мы сказали им, что она уже не просто ребенок в четвертом поколении, а новорожденный вампир, чьим родителем является живой Бог, они ни в чем нам не отказали, если бы мы только сказали им ее имя. Разумеется, мы не стали этого делать и сказали, что, что и когда мы расскажем им больше об их потерянном члене семьи, будет решать только мы. Несомненно, они начали поиски сразу же после нашего отъезда, но пройдет немало времени, прежде чем они найдут хоть какие-то следы Дженайи.
— Глупые вампиры полагали, что они понадобятся богу и богине подземного мира, чтобы получить хоть какую-то информацию об умерших родителях. Родители Дженайи теперь подданные нашего королевства и рассказали нам, за что их наказали, когда мы судили их. Они отказались от назначенных им товарищей, потому что были влюблены друг в друга. Это была всего лишь глупая история любви, но в их вампирском обществе верность и послушание обеспечиваются потребностью в крови, и отказ должен был быть невозможен. Родители Дженайи были изгнаны не за преступление, а чтобы предотвратить распространение болезни, - сообщила Мессая собравшимся.
— Я понимаю, почему вы считаете это приятным побочным эффектом плана Малдурина. Мы можем использовать вампиров и платить им информацией или просто кормить их тем, что мы хотим, чтобы они знали. Но разве не очень подозрительно, что этот потерянный ребенок-вампир случайно встретил и стал любовником единственного существа на Калмире, способного изменить ее? Подобные вещи происходят слишком часто, чтобы быть случайными. Я – Богиня Фортуны, и я говорю вам, что это план, который находится в действии. Когда же вы наконец послушаете меня? - спросила Фея, глядя на своих братьев и сестер.
— Фея, ты наша сестра, и мы все уважаем твой ум, но кто мог спланировать все это? Когда и где мог начаться этот план? Мы решили создать Разрушение. Это было начало. А планировал ли это кто-то другой? - спокойно спросила Инджонтас.
— Не знаю, но я знаю, что все это не случайная череда событий, и у меня есть сильное предчувствие, что кульминация нам не понравится, - мрачно ответила Фея.
— Раз уж наша встреча достигла точки зловещего предчувствия, думаю, самое время спросить, не слышал ли кто-нибудь что-нибудь о нашей потерянной бабушке, - с ухмылкой спросил Хор.
— Никаких новостей с этого фронта. Я до сих пор не знаю, как ей удалось уйти и куда она направилась. Я согласна, что если бы у нее была свобода выбора места назначения, то это была бы Калмира, но в
Товарно-денежная любовь?