она, её голос был хриплым, но полным нежности. — Я люблю тебя.
Эти слова, произнесённые в разгар этой безумной ночи, были для него как спасательный круг. Он наклонился, поцеловав её, чувствуя вкус Люка на её губах, и это не оттолкнуло его — это было частью их нового мира, их нового "мы". Он понял, что делить её — не значит терять. Это значит быть с ней на новом уровне, где нет места стереотипам, только любви и доверию.
Лера, лежащая на широкой кровати, покрытой чёрным шёлком, была в центре этого вихря. Её тело, обнажённое и блестящее от пота, дрожало от непрерывных волн удовольствия. Её разум давно отступил, уступив место инстинктам, которые она никогда раньше не позволяла себе выпустить наружу.
Люк и Марк, всё ещё рядом, уступили место трём новым мужчинам, которые подошли к кровати с уверенной грацией. Их тела, подтянутые и мускулистые, были обнажены, их члены напряжены, готовые к продолжению ритуала. Один из них, с короткими чёрными волосами и татуировкой на груди, опустился между её бёдер, его руки раздвинули её ноги, открывая её влажное, пульсирующее влагалище. Лера издала протяжный стон, когда его член, твёрдый и горячий, медленно вошёл в неё, растягивая её, заполняя её полностью. Его движения были ритмичными, глубокими, каждый толчок посылал волны удовольствия по её телу, заставляя её бёдра дрожать.
Другой мужчина, с длинными светлыми волосами, завязанными в низкий хвост, стоял у её лица. Его член, слегка изогнутый, коснулся её губ, и Лера, не раздумывая, открыла рот, её язык скользнул по его головке, обводя её, пробуя его вкус. Она сосала жадно, её губы плотно обхватывали его, двигаясь вверх и вниз, пока её язык играл с его кожей, находя чувствительные точки.
Её стоны, приглушённые его членом, были полны экстаза, сливались с ритмом движений мужчины, который трахал её влагалище. Третий мужчина, с лёгкой сединой и широкими плечами, поднёс свой член к её рту, и Лера, не теряя ритма, переключилась на него, её руки держали оба члена, попеременно лаская их, пока её губы и язык работали то с одним, то с другим. Она потеряла счёт, сколько раз они сменяли друг друга, сколько раз её рот наполнялся их теплом, их спермой, которую она глотала, не задумываясь, отдаваясь моменту.
Её влагалище, растянутое и влажное, принимало одного мужчину за другим. Новый участник, с тёмной кожей и сильными руками, вошёл в неё резко, его толчки были глубокими, почти грубыми, но Лера кричала от удовольствия, её тело извивалось, её бёдра поднимались навстречу каждому движению. Её клитор, всё ещё чувствительный от ласк Марка, пульсировал, и каждый толчок приближал её к новому оргазму. Она чувствовала, как её тело растворяется в этом ритме, как её разум исчезает, оставляя только чистое, животное наслаждение. Сперма одного из мужчин, кончившего в её рот, стекала по её подбородку, и она, не останавливаясь, продолжала сосать, её губы скользили по члену следующего, её язык кружил, вызывая его низкие стоны.
Артём стоял в нескольких шагах, его глаза были прикованы к Лере. Его сердце колотилось, а дыхание было тяжёлым, как будто он сам был частью этого акта. Вид его жены, окружённой пятью мужчинами, её тело, отдающееся им с такой страстью, разрывал его на части. Ревность, которая всё ещё тлела в нём, была как раскалённый уголь, но она растворялась в волне возбуждения, которое он не мог контролировать. Его член был твёрд, почти болезненно, и он чувствовал, как его тело дрожит от напряжения. Он видел Леру — её губы, её глаза, её стоны — и понимал, что она
Озарение