не цветы, а её фигура: изгиб спины, мягкие линии бёдер, то, как облегающие брюки подчёркивали каждую деталь её силуэта.
Неожиданно она резко обернулась.
— Денис?! — её глаза расширились. — Фух, ты меня напугал!
— Что, такой страшный? — он усмехнулся, делая шаг вперёд.
— Да я не это имела в виду… Я просто…
— да понял я, — он кивнул на цветы. — Красивые. От кого?
— Неважно…
— О, тайны мадридского двора, — он скрестил руки. — Думаешь, я не догадался?
Она вздохнула, опустив глаза.
— Просто… я решила дать ему шанс. Вот он старается…
— Ага, ну понятно.
— Что понятно?
— Да ничего, — он махнул рукой. — Мы о следующем занятии то не договорились...
— Да, послезавтра у меня свободно… давай как обычно, к восьми. И повтори темы…
— Я не об этом занятии.
Он сделал шаг вперёд, и прежде чем она успела отстраниться, его руки обхватили её талию, а губы нашли её губы.
Татьяна попыталась вырваться, но он не отпускал. Его пальцы впились в её бока, а язык настойчиво искал её ответа.
И она ответила.
Сначала робко, потом всё увереннее. Её руки дрожали, но не отталкивали его, а вцепились в его плечи. Между их губами пробежала искра, и Денис чувствовал её трепетное волнение.
Она тихо постанывала, её тело прижималось к нему, будто само искало тепла.
Не прерывая поцелуя, он одной рукой достал телефон и тихонько сделал несколько снимков фронтальной камерой.
Когда они наконец разомкнули губы, Татьяна смотрела на него с яростью и растерянностью.
— Денис! Прекрати! И больше так никогда не делай! — её голос дрожал. — Я тебе в матери гожусь, и вообще, я учительница! У меня не может быть ничего с учеником!
— Ну, не такой уж я тебе ученик, — он ухмыльнулся. — Да и зачем прекращать, если тебе это нравится?
— Что ты несешь?! Ничего мне не…
— Мне можешь врать сколько угодно, но себя не обманешь, — он провёл пальцем по её раскрасневшейся щеке. — Твой румянец, твоё дыхание… и то, как ты постанывала — вот настоящий ответ.
— Вообще-то у меня есть мужчина…
— С которым ты хотела разойтись, потому что он — просто твоя привычка. — Он сделал шаг назад. — Я не буду спорить, просто уйду. Но не забудь: послезавтра — занятие.
Он помахал рукой и вышел, оставив её одну — с цветами от одного мужчины и с поцелуем от другого.
Тишину класса разрезал резкий звук уведомления. Физик — сутулый мужчина с вечно раздражённым взглядом — резко обернулся, бросив укоризненный взгляд в сторону Димы. Тот сжался, виновато пожав плечами. Учитель, недовольно хмыкнув, вернулся к доске, где мелом выводил замысловатые формулы.
Как только его внимание переключилось на уравнения, Дима осторожно взглянул на экран. Сообщение от Дениса. Фотография.
Он открыл её — и сердце резко ёкнуло, будто сорвавшись с высоты.
На снимке Денис стоял в школьном классе, обняв за талию учительницу русского — ту самую, Татьяну Николаевну. Их губы были слиты в поцелуе.
Дима замер. Вот же упертый баран. Это было… нагло. Но в то же время — возбуждающе.
После ужина Дима засел в своей комнате, пытаясь разобраться с учебными долгами.
Дверь распахнулась.
— Занимаешься? — Денис хлопнул его по плечу, ухмыляясь. — Ладно, не буду мешать.
Он вышел, оставив брата в одиночестве. Дима вздохнул и снова углубился в учебник, но уже через минуту его отвлёк приглушённые голоса из гостиной.
Там, на диване, сидела Алина. Она куталась в махровый халат, поджав под себя босые ноги, и смотрела какое-то шоу. Денис подошёл сзади, положив руки ей на плечи.
— Массаж? — спросил он, непривычно мягким голосом.
Как я подружилась ещё больше с подругами и моя любовь...