хаотично дергались перед его лицом. Они старались ласкаться очень аккуратно. Пока братик ублажал её только пальцами и ртом. Миша нежно перекатывал её соски между зубами и его дыхание прервалось, когда она прошептала:
— Давай ещё...
Братец с трудом сдерживался. Его член грозил взорваться после мучительного воздержания. Он испытывал, адские минуты ожидая, когда-же сможет всадить свою плоть, в её текущую щелку. Миша уловил её ритм – как она вздрагивала, когда он медленно и плавно проводил языком по её щели, как напрягались её бёдра перед самым оргазмом. Катя, в свою очередь, исследовала ногтями борозды на его позвоночнике, шепча ему всякую матерность. В общем узнали много нового...
— Ну и развратник ты, любишь лизать и сосать пизды, да? – вздохнула она томным от удовлетворения голосом, после того, как он провёл полчаса между её ног, сжимая уши брата, словно тисками. Шрамы и душевные терзания, померкли под его лаской: – розовый превратился в серебристый, жар смягчился, превратившись в воспоминания.
На шестой день, Катя сидела у брата на коленях, на кухонном стуле, прижимаясь к нему, пока он ласкал её огромные "дыньки", покручивая соски до пика твёрдости. Оба были полностью голыми!
— Ты одержим желанием трахнуть меня? – поддразнила она, но её прерывистое дыхание, выдавало сильное возбуждение и самой!..
Миша ухмыльнулся, прижавшись к её ключице, прикусив так сильно, что она ахнула.
— Да, хочу выебать тебя как шлюху! Но ты так-же и сама, еле сдерживаешься... Эти сиськи четвёртого размера, того стоили!..
Катя рассмеялась задорным смехом и качнулась вперёд. Влага её текущей щелки, размазалась по его бедру, когда она поцеловала его рот, глубоко и грязно.
— Конечно, братик ведь любит большие сиськи!
— Прости роднулька... Я ведь так долго не выдержу. Ты такая горячая и желанная...
— Думаю сегодня можно попробовать. — Раззадорила Катя своего братца. — Давай, трахни меня, уже по взрослому!
Пальцы парня впились в бёдра сестры, когда он приподнял её попу, направляя в щелку член и осторожно вошёл в неё. Сантиметр за сантиметром, погружаясь до упора, мышцы его чресел напрягались, от усилия сдержаться. Её дыхание было прерывистое, резкое, неровное. Когда скользкое от соков влагалище, растягивалось, чтобы принять его член, ногти царапали грудь Миши, оставляя на ней звёздочки красных линий. Стул скрипел под ними, ритмично контрапунктируя возбуждённым, содрогающимся вздохам, которые она не могла сдержать.
— Медленнее... — процедил он сквозь зубы, сдерживаясь, чтобы не навредить сестрёнке. Хотя собственный пульс ревел в ушах, а член пульсировал внутри неё, словно второе сердцебиение.
Катя нарочито покачала бёдрами, её "новые", огромные сиськи колыхалась с каждым движением. Дыхание совсем перехватило, когда он полностью заполнил её. Миша держал руки на её талии, контролируя темп — медленные, неглубокие толчки, от которых она всхлипывала. Он чувствовал, как её пульс учащённо бьётся вокруг него. Как её тело ощущало жар, словно туго натянутая перчатка, а дрожь бёдер говорила ему, что она сдерживается так же сильно, как и он, что бы мгновенно не кончить. Смех Кати перешёл в стон, когда братик точно повернул бёдра, задев точку, от которой подогнулись пальцы её ног.
— Блядь, ты это нарочно делаешь? — обвинила она, голос её дрогнул, когда прижалась к его плечам.
Аромат секса смешивался с потом, всё ещё державшимся на их коже. А воздух был насыщен мускусом и резким запахом развратной ебли. Её ногти собственнически впивались в его плоть, словно она не могла решить, оттолкнуть его или притянуть ближе... Сдержанность Миши истощилась, когда она двинулась сильнее, вперёд. Стенки влагалища, сжимались вокруг его члена, в преднамеренных пульсациях. Он зашипел сквозь зубы, его хватка крепче — завтра
Боря