в этот жаркий, безумный секс, где нет прошлого, нет будущего - только желание и голод.
Николай уже не мог сдерживать ни дыхание, ни движения. Его пальцы крепче сжали волосы Алёны, а бёдра сами начали подаваться ей навстречу - коротко, жадно, в такт её губам и ладони.
— Ещё... - выдохнул он, еле узнавая свой голос, - не останавливайся...
Алёна продолжала сосать глубоко, не сводя с него взгляда, и, чувствуя, как он становится твёрже, ускорила движения, сжала его у основания чуть крепче, провела языком по всей длине и снова обвила головку губами.
— Кончи в меня, Сём... - прошептала она, чувствуя, как внутри самой нарастает жар.
И в этот момент Николай не выдержал - его тело дёрнулось, он громко застонал, и горячие, сильные рывки спермы наполнили ей рот. Алёна не отстранилась - наоборот, жадно сглотнула всё до конца, обхватила губами ещё крепче, принимая его полностью, чувствуя, как он пульсирует у неё на языке, как дрожит всем телом.
Она медленно отпустила член, лизнув головку на прощание, и улыбнулась снизу - глаза блестели от возбуждения и торжества. В комнате повисла густая, сладкая тишина, наполненная только их прерывистым дыханием.
Николай с трудом отдышался, медленно сел, прижал Алёну к себе. Она улеглась рядом, положив голову ему на плечо. Они какое-то время молчали, в комнате слышалось только их ровное, чуть сбивчивое дыхание.
— Прости, - тихо сказал Коля, гладя её по спине, - я... слишком быстро, наверное... Не смог сдержаться.
Алёна улыбнулась краешком губ, посмотрела на него чуть виновато, но в её взгляде было больше тепла, чем укора.
— Не надо извиняться, - прошептала она. - Мне тоже понравилось... То, как ты был возбуждён. Как не сдерживался.
Она притянулась к нему, легко коснулась губами его щеки. Но внутри у Алёны в этот момент всё было сложнее - воспоминание вспыхнуло остро, почти болезненно. Как вспышка, как тайный стыд - другой, животный опыт, о котором она не могла рассказать Николаю.
В голове сразу всплыл тот вечер, всего месяц назад, когда она сама едва могла сдерживать крики, корчась на кухонном столе в квартире у Лики. Семён бился в ней всем телом, сжимал за талию, рычал, шептал ей в ухо грязные обещания. Оргазм накрыл её так, что она кричала, выгибалась дугой, цеплялась за стол. А Семён кончил в неё, не отпуская из рук ее тело.
В комнате воцарилась тишина. Алёна лежала рядом, её ладонь лениво скользила по его животу. Несколько минут они молчали, будто слушая тишину, каждый - в своих мыслях.
В какой-то момент она подняла глаза, посмотрела на Николая очень внимательно. Её голос был чуть тише обычного, с легкой хрипотцой:
— Коля... А если бы... если бы всё повторилось? Если бы Семён... снова был рядом. Ты бы смог... позволить мне это ещё раз? Ты бы захотел увидеть это, как тогда?
Николай несколько секунд молчал, словно переваривая её слова. Его пальцы чуть сильнее сжали её плечо, он невольно отвернулся к окну - в лунном свете его лицо казалось закрытым.
— Я не знаю... - выдохнул он, чуть дрогнувшим голосом.
Он замолчал, но не выпустил её из объятий, будто боялся потерять даже этот хрупкий момент доверия.
Алёна внимательно наблюдала за ним, не отводя взгляда, её ладонь легла ему на грудь, почувствовав, как часто бьётся его сердце.
Наконец Николай чуть улыбнулся - горько, криво.
— Но я действительно фантазировал об этом. - Его голос стал почти шёпотом. - Представлял, как ты снова с ним... как я смотрю на это... И это почему-то заводит меня до безумия. Даже если одновременно с этим внутри всё
Как я стал предателем. Глава 2. Свальный грех