пытаясь прорвать там оборону. Немцы её переделали в танковую, вооружив её 48-ью танками Т-3 и Т-IV. 73-я была чисто пехотной дивизией, вся артиллерия и даже все обозы перемещались у неё на лошадях и подводах. Эта дивизия предназначалась для непосредственного штурма Севастополя, Но обстоятельства вынули Манштейна и её направить на передовую.
Рудольф фон Бюнау, прусский генерал, кавалер двух железных крестов ещё за первую мировую войну, командир 73-й пехотной, был старым опытным воякой. Вот я его сейчас и задумал поймать на таком строгом следовании немецких уставов. Мы утром вроде будем наступать... А потом вроде в испуге отступать...
Наступление Крымского фронта на правом фланге этим днём будет для немцев совсем неожиданным и стремительным. Уж больно неудобным местом был Крым: один перешеек шириной в 9 километров! Для наступающих плохо, для обороны хорошо. Но... Там у 73-й дивизии было море средств и сил: доты, дзоты, склады, вкопанные танки, 40 орудий. Но... Наш штрафной батальон пошёл первым, практически это была разведка боем. Выявим все точки у немцев... Ну и "пощекочем" их... Для профилактики!
Я собрал всех командиров взводов этого батальона и предупредил, чтобы могли смотреть, это разведка боем, и, как только увидят красные ракеты — всем бегом назад. Бегом! А мы прикроем... Тогда немцы попадут в огневую засаду! Поняли эту такую истинно казацкую хитрость? И тут явление Христа народу — Мехлис, услышав мой хитрый приказ и теперь бежит, глупо вытаращив и без того свои снулые, как у рыбы глаза. Даже слюна на три метра летит от его громких тупых воплей:
— Никаких отходов! Только вперёд! Ни шагу назад! Все здесь умрём, но врага сюда не пропустим! Все в штыковую и сметём врага штыковым мощным ударом!
И другого у него ничего нет, только "Все умрём!" и "Мощный штыковой удар!" Я сильно психанул - вот и покажи нам этот "удар!" И если мы все умрём - кто врага побьёт! Пушкин что ли? Идиот!
— Да пошёл ты, мурло тупое! Конь педальных протухший! Тупой как двери в военкомате! Ну хорошо! Товарищи, с вами сейчас впереди будет идти в атаку армейский комиссар первого ранга товарищ Мехлис! Берите его под руки и вперёд, в атаку! Умирайте вместе! Ура! За Родину! За Сталина! Вперёд, невероятно храбрый герой товарищ Мехлис!
Как он завизжал, точно как недорезанная свинья, стал кусаться, царапаться, вырвался из рук, упал и на карачках сразу назад — немцы стали стрелять!
— Герой недоношенный! — теперь орал уже я, кончилось моё терпение, мог весь план сорвать. Будешь писать на меня? Не забудь свою писанину свернуть в трубочку. Зачем? Чтобы сразу себе в жопу засунуть, — гогот трехсот глоток наверно и до немчуры долетел. Ну а что — сняли парни своё сильное нервное напряжение. Но по плану... Да тут опять Мехлис орёт:
— Как Ви смеете на меня! Я член военного... — тут он дал «петуха» и заткнулся, видимо сорвал голос. А я воспользовался этим и сразу громко и чётко выдал:
— Что ты член, я это давно заметил, — выделив голосом именно это ударное слово «член». Вновь гомерических хохот трёхсот глоток взметнулся мощной волной точно до немецких окопов.
Один из трёх сопровождавших его политруков было открыл рот, видимо в защиту своего босса, да свист нагайки и он, сразу подскочив на месте и, громко завизжав, отскочил и, подхватив с остальными Мехлиса под руки, потащил его в машину. Мехлис похоже точно был в полуобморочном состоянии... Ладно, полежи в госпитале, может поумнеешь хоть немного... Не привык, что его могут осадить. В штыковую захотел! Но как
В гостях у тещи с племянницей.