самому идти, как сразу очень “храбро” и обосрался! Любит он других на смерть посылать! А как сам - так сразу в галифе наложил!
Ну и хорошо, все бойцы-добровольцы и штрафная рота сняли нервное напряжение, да я им ещё детский стишок, показав на толстозадого политрука:
А пуговки-то нету! У заднего кармана!
И сшиты не по-нашему широкие штаны.
А в глубине кармана — патроны от нагана
И карта укреплений советской стороны.
Опять хохот! Но вот теперь все рвутся в бой! Только я чуть психовал из-за тупых воплей Мехлиса. Как он мне нервы постоянно трепет!
— Надо нашему Мехлису учёным-химиком быть. Не знаете этот анекдот? - все бойцы сразу придвинулись ко мне и сразу стало так тихо.
— Пришёл один студент комнату снимать, а хозяйка его просит быть скромнее. Вон видишь пятно на потолке, тут был у меня химик шебутной. - Мадам, это результаты его опытов? - Нет, это и есть сам химик! - громовой хохот триста глоток явно снова долетел и до немцев!
Ну всё - сняли парни стресс от воплей Мехлиса, всё же член Военного совета фронта! Мудак! Вот козел! Чуть весь мой план не сорвал! Ну раз его нет — работаем по плану. И получилось! И сработало! Батальон рванул вперёд, обстреляли немцев и рванул назад - мол испугались!
Ну и фон Бюнау лихо поднял своих героев Вермахта в свою контратаку и они нарвались на минное поле и растяжки. И тут по ним ударили прямо на расплав стволов трофейные MG-34 последними лентами. И, только остатки немцев залегли, тут удар наших «Катюш». Боевая часть этих РЗС-132 оснащалась 36-ю зажигательными элементами с температурой горения до 2000 °C, способными всегда вызывать массовые очаги возгораний. Сразу после удара наши гвардейские миномёты в балку и накрыть сетями.
Прилетели асы люфтваффе, да их встретила стена огня — 12 отличных зенитных автоматов «Эрликон», снятых с немецких десантных барж. Кстати, сами баржи вывезли уже более тысячи раненых и две тысячи беженцев. Три «Лапотника» задымили — не ожидали асы Люфтваффе такого отпора и нарвались. Белые купола парашютов расцвели над степью! Вскоре среди них в плен был захвачен награждённый рыцарским крестом лучший ас немецких бомбардировщиков Люфтваффе подполковник барон Клеменс фон Шёнборн-Визентхайд. Тут почти смешной случай...
При моём появлении в штабе все встали, и только этот человек остался сидеть. Я прошел от двери и остановился перед ним. Тот поднял голову и тоже встал. Лицо его тем не менее оставалось надменным и выражало нескрываемое презрение к окружающим - он же барон. А тут какие-то "унтер-меньши"!
Глядя в глаза, он произнес несколько фраз на немецком. Мол, он сейчас согласен лично принять нашу капитуляцию и даже точно готов лично ходатайствовать, чтобы нас в плену кормили. Ксюша так чётко перевела его пламенную речь и все на КП заржали от души. Но я выдал, что я генерал-лейтенант вот с такими низшими чинами я не разговариваю. Тем более в таких обоссанных кальсонах! Так что, барон, идите на конюшню, там Ваше место. И все опять ржать, точно как кони. Это для него было большим оскорблением, чем бы его избили...
Через пару часов пришли немецкие парламентёры с белым флагом — хотят забрать своих погибших и раненых воинов. Да на здоровье! А всех своих сразу предупредил — кто даже случайно выстрелит по немецким санитарам, тот у меня будет умирать долго и больно. Ведь пока работают немецкие санитары, то и наши санитары быстро и безопасно смогут отправить своих бойцов раненых в госпиталь. А вот забрать наших раненых - это самое главное!
Никогда не наступит завтра