испытывает к нему ни малейшей симпатии, он идёт на кухню узнать, что Анне нужно.
— Дорогой, не мог бы ты принести мне зарядное устройство для телефона? Я оставила его в машине прошлой ночью. Когда приедешь, пожалуйста? — Кричит из кухни Анна, чистя картошку для запеканки.
— Без проблем, дорогая!
Гатис хватает ключи от машины и выходит за дверь. Глядя на величественные заснеженные горы, окружающие окрестности, он ставит одну ногу на ступеньку, затем другую, и вдруг его левая нога поскальзывается на льду. Он падает назад, инстинктивно пытаясь смягчить падение, но его вес слишком велик, и обе запястья подгибаются.
— Черт! Аааа! — кричит он, скатываясь по нескольким ступенькам и пугая Анну, услышавшую еговопли из кухни.
— О нет… Он, кажется, поскользнулся и упал! — кричит она, бросая все готовку и выбегая на террасу. Она находит Гатиса, лежащего на ступеньках и корчащегося от боли.
— Дорогой… Ты в порядке?
Глава 3: Карты уже на столе
Было почти 11 часов вечера, когда Анна возвращается из больницы с Гатисом, обе его руки перебинтованы эластичными бинтами. Обеспокоенные Сюзанна и Ричард ждали их на кухне.
— Ну...? — спрашивает Анну мать, быстро подходя к ним.
— Ничего не сломано слава Богу, но Гатис всё равно умудрился вывихнуть оба запястья. Господи, какой же он идиот! — кипит от злости Анна, злясь на своего парня не за то, что он заставил её провести весь воскресный день в больничной приёмной, а скорее за то беспокойство, которое охватило её и заставило плакать, когда она нашла его корчившимся от боли у крыльца их дома.
— О, бедный Гатис, должно быть тебе очень больно? — сочувственно говорит Сюзанна, глядя на эластичные бинты, скрепляющие запястья рук зятя.
— Нет, не волнуйтесь... Врач прописал мне обезболивающие, однако рекомендовал поменьше пользоваться руками, если я хочу быстро восстановить их подвижность… Конечно, больше всего меня беспокоит то, что я не смогу вернуться на работу раньше, чем примерно через месяц. — ответил он, довольно смущенный своей ситуацией.
— Это целиком наша вина, я даже не знаю, что и сказать! — посетовала мать Анны.
— Нет… Нет, вы не должны винить себя… Анна предупреждала меня, что не следует пользоваться внешней лестницей в такую погоду, но я тогда совершенно забыл об этом, так что это не ваша вина.
Они расположились на кухне, все, кроме Ричарда. Он пошел в гостиную смотреть свой любимый сериал, который показывали каждое воскресенье вечером по телевизору. Сюзанна разогрела ужин, так как влюбленные ничего не ели с момента инцидента утром. Из-за боли молодой человек с трудом мог двигать пальцами, поэтому ел дольше обычного, неоднократно отказываясь от предложенной Анной вилки.
— Главная проблема в том, что я должна работать всю неделю и не смогу у нас дома в Риге, в нашей квартире, присмотреть за тобой! — с тревогой в голосе сказала Анна.
— Доченька, но почему бы Гатису не остаться здесь, у нас? Я могла бы присмотреть за ним, пока ты на работе. Что ты думаешь, дорогая? — вмешалась Сюзанна, к большому удовольствию зятя.
Он представил себе, как проводит время наедине с этой зрелой женщиной, которая невольно постоянно возбуждала его с прошлой ночи. Это, безусловно, было гораздо лучше, чем слоняться в одиночестве по их рижской квартире.
— Ты уверена, что это всех вас не стеснит? Ты действительно не будешь против, мама?
— Конечно, нет. И кроме того, я чувствую себя такой виноватой. Так что справедливо, что я предлагаю помощь! — произнесла Сюзанна с таким виноватым видом, словно действительно надеялась загладить свою вину.
А больше нам и надо 2