а говорил, нравлюсь. Будешь дальше на Оксанку дрочить, она же не даёт?
— Никто не дрочит!
— Ой, не ври. Я видела: сожмёшься весь и ыф-ыф-ыф! — передразнила кулачком.
— Когда?..
— Расслабься, я тоже дрочу... Пора переходить к практике!
— Что?!
— Поможем друг другу. Ты мне, я тебе. Лучше с надёжным человеком сделать Это... Ты точно девственник, значит здоровый! — расхохоталась она.
Я сидел оглушённый её предложением. Мозг отказывался работать. А в шортах член, уже стоял колом — ему было всё равно, кто предлагает... Мелисса приняла молчание за согласие. Положила руку мне на пах, сжала упругую плоть. Я подскочил.
— Ты чего?..
— Давай я тебе пососу, — просто предложила она, облизнув губы.
— Мэл, так не делается!
— Как «так»?
— С бухты-барахты, с кем попало!..
— Вот и я о том! Только проверенный человек... Ты меня не обидишь?
— Не обижу, но… так не бывает. Влюбишься сначала, в кого…
— Я влюбилась, но он старше, говорит, маленькая ещё...
— Правильно говорит!
— Как в рот брать — не маленькая, а трахнуть — облом! Посмотри, какая маленькая? — потрясла грудью.
— Ты ему… сосала?
— Да, и что? Хотела большего...
— Пиздец!..
Её рука легла на колено, поползла вверх. Я замер...
— Не бойся, братик. Просто надо сделать это...
Она расстегнула ширинку, член выскочил наружу. Сестра обхватила его рукой, я судорожно выдохнул.
— Смотри, какой красавчик, — прошептала она, надрачивая головку. Высвободила яйца, положила их на шорты.
— Вот и весь мужик на мешках, — хихикнула.
Я тупо уставился на её руку, которая быстро и уверенно двигала вверх-вниз по моей плоти. В голове всё рушилось: здравый смысл, мораль, всё, что казалось нерушимым, трещало и уходило под воду. Оказалось так просто перешагнуть через эти барьеры и сидеть сейчас, подставляя эрегированный член в руки собственной сестры.
— Ах, Матвейка, у тебя больше, чем я видела, — выдохнула Мелисса дрогнувшим голосом.
— Мэл… — попытался я призвать совесть.
— Молчи! — выдохнула она и нагнулась, накрыв член горячим ртом.
— О-о-ох! — вырвалось у меня, я невольно откинулся назад. Ощущения были невероятными — намного лучше, чем от своей руки. Она мяла яички ладонью, чмокала губами на головке, слюна стекала по стволу. Рассыпавшиеся волосы закрывали лицо, но я видел, как её голова ритмично двигается над моим пахом: точь-в-точь как в самых смелых моих фантазиях. Прошло несколько минут в этой запретной неге. Мелисса подняла голову, вытерла слюну с уголка рта и спросила деловито, будто обсуждала обычное дело:
— Кончишь мне в рот или сразу внутрь попробуем?
— Внутрь? — тупо переспросил я, приходя в себя. — Внутрь?! — ужаснулся я. — Нет! Нам нельзя! Это же кровосмешение! Я попытался вырваться из её рук.
— Ой, ну ты опять, — надулась Мелисса. — У меня резинки есть, никакого смешения!
Она потянулась к карману шорт, достала настоящий квадратный пакетик.
— Откуда это у тебя?!
— В аптеке купила...
— И тебе продали?
— Это не сигареты, паспорт не нужен.
— Блять, Мелисса, ты серьёзно купила презервативы в аптеке?
— Да, а что такого-то?
Не давая опомниться, она зубами надорвала уголок, выдавила резинку и, внимательно посмотрев, определила правильную сторону. Приставила кружок к головке и начала раскатывать вниз — деловито, сосредоточенно.
— Ого…го — пыхтела она. — И он весь в меня влезет?
Посмотрела на получившийся блестящий, резиновый столбик, хихикнула: — Скользкий какой...
Потом встала, стянула футболку, шорты, трусики. Передо мной оказались покатые бёдра и пушистый треугольник волос между ними.
— Мэл…
— Всё, молчи! — приказала она, толкнув меня на кровать. Расставив ноги, оседлала меня, придвинулась к паху. Голова склонилась, рукой начала пристраивать член ко входу. Виляла бёдрами, нащупывая дырочку, потом
Сценарий для "Красной Шапочки"