— Ну ладно, — обреченно вздохнула Верка. Она и сама понимала, что виновата — надо было платить. — Только давай побыстрее, ладно? — попросила она почти жалобно, глядя ему в глаза. — Спать хочется, да и на работу завтра...
Игорь торопливо приказал жене раздеться. Когда Верка, голая и жалкая, слегка дрожа, предстала перед ним, ему на минуту стало её даже жалко. Но нет, решил он, наказание больше нельзя откладывать. Кроме того, для того, что он задумал, это было самое подходящее время — одиннадцать часов вечера.
Игорь надел на Верку одну из их любимых игрушек. Это был узкий кожаный пояс с пряжками и узким ремешком, опоясывающим её тело снизу, сквозь щелочку киски и попы. Больше на Верке ничего не было. На её бледной коже ярко выделялась татуировка — спереди, на спине и даже на ягодицах сзади. Это была гордость Верки. Как-то раз она выпросила у Игоря деньги с получки и набила тату в каком-то модном салоне за бешеные деньги, как тогда показалось Игорю. Но работа вышла на славу — в пол спины, с ажурными завитками и знаками, украшающая её стройное тело.
Игорь этим не удовлетворился. Для полноты картины он заставил Верку нагнуться и вогнал ей в дырочку в попе страпон — пластиковый дилдо с расширяющейся воронкой сзади. Страпон с большой натугой вошёл в её анус и прочно засел там, так что Верка сама бы его уже не вытащила. Она пискнула от напряжения, когда резкий пластик просовывался внутрь, но больше не посмела перечить — себе дороже будет.
Он аккуратно, но твёрдо подтолкнул Верку к выходу.
— Эй, ты что задумал, мудак? — возмутилась было Верка, но после тяжёлой пощечины мгновенно замолчала и позволила вывести себя под локоть из квартиры.
Уже на лестничной площадке в подъезде Верке стало холодно. Пробирало до костей, а от страха и выпитого её немного затошнило.
Игорь спускался вниз по лестнице, неуклонно подталкивая перед собой присмиревшую Верку.
— Ты куда это меня ведешь? — спросила она уже жалобно. — Не на улицу, а?
Игорь ничего не отвечал, и Верке приходилось смириться со своей участью. Впрочем, она знала, что Игорь на самом деле мужик добрый, и никакого серьезного вреда ей, конечно, намеренно не причинит своими игрушками. Ну так, помучает чуток, и отпустит. А зато потом какой же будет секс, подумала про себя Верка, пытаясь найти в происходящем хоть какой-то плюс. От этой мысли внизу у нее в щелочке все намокло, и она призналась себе что готова была терпеть почти все то угодно.
Не церемонясь больше, Игорь распахнул выходную дверь из подъезда и грубо вытолкнул несчастную голую Верку на улицу.
— Аааа! Аааа! — взвизгнула Верка, когда её босые ноги утонули в ледяном, утоптанном снегу.
Ощущение было ошеломляющим. Резкий, пронизывающий холод мгновенно ударил в горячую от возбуждения кожу, заставляя её сжаться в комок. Снег хрустел под ступнями, обжигая подошвы и отправляя ледяные разряды вверх по ногам, прямо к промежности, где туго сидел кожаный ремешок.
— Ты что творишь, псих?! Ой, мамочки! Жжет! — заорала Верка, пританцовывая на месте, пытаясь по очереди поднимать то одну, то другую ногу, чтобы спастись от морозного жжения. — Игорь, ты совсем с ума сошел! Я же оцепенею! Я же замерзну тут с концами!
Она чувствовала себя совершенно беззащитной и выставленной напоказ. Голая, кроме этого проклятого пояса и страпона, который теперь казался глыбой льда внутри неё, она стояла посреди улицы. Воздух был настолько холодным, что её тут же покрыла «гусиная
Совращение на двоих