Мы с Пашкой замерли в ахуе, впитывая её вид всей поверхностью тела. Запечатлеть, запомнить, просмаковать эти мгновения первого знакомства! Ведь они никогда не повторятся! Никакая порнуха не передаст вид этого места в полной мере! Щелка была как закрытый потусторонний портал в другую Вселенную. А мы с Пашкой, как два космонавта, стояли сейчас на пороге великого открытия, воодушевлённые и взволнованные. «Хьюстон, внимание, у нас — живая пизда!»
— Ну чо, ты долго там? — окликнула нас Женька, приводя в чувство. Теперь она была полностью и безвозвратно голой, из знакомой девочки окончательно превратившись в незнакомый пока сексуальный объект. Тело ослепляло, озадачивало своей непохожестью и размерами на фоне наших щуплых фигур.
Я очнулся, стянул трусы с пяток и отбросил в сторону. Ноги девки разъехались, отчего щель оказалась не такой сжатой и даже слегка приоткрылась. Что делать дальше я, конечно, знал — чай, интернет имеется. Но мне хотелось для начала просто потрогать это чудо пиздатого искусства собственными руками. Я накрыл волосатую пухлую горку своей ладошкой, вжимаясь пальцами в мягкую кожу и смакуя незнакомые прежде ощущения. Это было самое нежное, что я трогал в своей жизни, кроме живого цыплёнка, конечно.
Паша заинтересованно сопел над ухом. Он тоже наклонился и протянул руку к заворожившему нас образованию. И вот мы, как два натуралиста, исследуем мягкие женские губы, пытаемся их растянуть, посмотреть, что там внутри. А там какая-то непонятная каша. Всё в крупных розовых складках, какие — куда, ничего не ясно. Как тут ебать, где эта «дырка», которая у порноактрис зияет пещерой без всяких указателей? Не пойми что. Мы тычемся, как слепые котята, в это розовое мокрое болото, ощущая только, как оно становится всё более влажным и горячим от наших прикосновений.
— Ну долго вы там? — подгоняет нас Женька томно изменившимся голосом, нетерпеливо колыхаясь попочкой.
— Давай! Ты чо!? — шипит мне Пашец, не в силах оторваться от бабьего пирожка.
— Да куда тут?! — развёл я руками.
— Вот сюда, — тыкнул он скрюченным пальцем в нижнюю часть необъятной расщелины, — там она, «дырка»!
Ага! Я распрямился, придвинувшись к Женьке поближе, кое-как разместил топорщащийся строго на полпервого горизонтально и ткнул им наудачу в это розовое скопление плоти. Девушка недовольно заворчала, протянула руку и чуть подправила меня, крутнув навстречу попкой. И тут это свершилось! Я ощутил это оголённой до нервов головкой, когда провалился вглубь влажного месива, и меня со всех сторон обступила горячая влажная масса! Я внутри! Я ебусь! Йо-хо!
Моя жопа непроизвольно задрыгалась сама собой в собственном загипнотизированном ритме: туда-сюда. Женька сначала воспринимала это как есть, но потом задрала ноги повыше и, дотянувшись руками, прижала моё беснующееся тело к себе. Это ограничило мои движения, живот мой прижался к шершавым волосам лобка, и я тёрся о него, болтаясь в довольно широкой переднице своим недоразвитым стручком. Но даже таких впечатлений мне хватило с избытком. Я подёргался, как припадочный, до обидного недолго и начал самопроизвольно выстреливать обильную кончу прямо в Женьку, озарившись цветными кругами в глазах! Она, кажись, даже не заметила моего финала, потому что на стояке это никак не сказалось. Я сначала виновато приостановился, но, поняв, что не пойман, продолжил гонять лысого у неё в пизде. Теперь, когда первый угар улёгся, я уже мог немного соображать и ориентироваться в пространстве. Мне захотелось ласки и разнообразия, и я принялся гладить её покатые бёдра, дотягиваться и хватать за соски, раздвигать пальцами пиздатые губы, чтобы внимательнее рассмотреть, куда я
Таня, ее муж и я