и не нужно будет на хребтине их таскать, - усмехнулся Бублик. – Они придумали в этот раз гонку в санях.
— Это проще, - согласился Костя.
— Ага, зато в два раза больший круг предстоит пробежать, - озабоченно покачал головой Змей. – Они придумали гонку вокруг всего пансиона!
— Ох-ре-неть! – усмехнулся Кроха. – А кто хоть собирается участвовать в заезде, знаете?
— Знаем, - снова понизив голос, ответил Змей. – Пульхерия, Илона, Акулина, Людмила и Мара – Стешина ближайшая подруга.
— Три тёмных, две светлых... - задумчиво проговорил Кроха, что-то прикидывая в уме. – Ну если вы аккуратно сумеет слить гонку на последней четверти круга, то у вашего командира есть определённый шанс. Только никому ни слова о вашем сговоре. Хотя...
Тут Кроха перекинулся быстрым взглядом с Москвичом, и они поняли друг друга. Славик сидел рядом, и всё время молчал, напряжённо слушая разговор старших товарищей.
«Значит, победит некромантка» - подумал Москвич.
«Согласен на все сто» - утвердительно махнул ресницами Кроха.
Помолчали, допивая чай и доедая угощение.
— А что вообще можете посоветовать на прощание? – тяжело вздохнув, спросил Змей. – Так сказать, от старшего поколения, - он невесело усмехнулся, - младшему.
— Здесь, как на красной зоне, - серьёзно ответил за всех Костя. – Западло лишь две вещи – куму класть, и в жопу трахаться. Всё остальное – канает. Не предавайте друг друга, и не спрашивайте лишнего, чтобы не разочаровываться. Нас вот не сломали, как ни пытались. Не сломали и не рассорили.
— Мы приспособились, - уточнил Кроха. – Хотя нам было намного труднее. Нам ведь советов не давали, и про здешние порядки не рассказывали. Всё приходилось через пиздюлину познавать. Шкура на заднице задубела.
— А что было самым трудным? – спросил Бублик.
— Через себя переступить... - неожиданно подал голос, молчавший до того времени Славик. – Вот этого старайтесь не делать.
И никто ему ничего не сказал, и не стал ничего уточнять.
Глава пятьдесят шестая. Экзамен - он экзамен для всех...
Вот он и настал, этот фантастический день, когда парням не надо было подрываться спозаранку и нестись сломя голову куда-то разгребать снег, топить печки, разносить завтрак в столовой, прислуживать сонным и вечно чем-то недовольным барышням. Вообще не нужно было никуда спешить. Можно было поваляться у ног своих добрых и внимательных хозяек, прислушаться к гулко стучащему от волнения сердцу и осознать простую и одновременно жуткую мысль: а ведь сегодня решается их судьба! Сегодня вечером, или ночью, какие-то стрёмные персонажи из средневековых мистерий соберутся на свой шабаш, чтобы решить, кому из них завтра предстоит отправиться на волю, в нормальный человеческий мир без магии и зловещего тёмного болотного колдовства, а кому и остаться тут навсегда...
И как минимум двое из их безбашенного тюремного братства о своём будущем думали с ужасом.
Тридцать первого декабря, с утра, на дверях столовой был вывешен распорядок праздничных мероприятий в канун Нового, 2024 года. Легкомысленными, словно танцующими буквами там было выведено:
9-00 – дружеский завтрак.
11-00 – подготовка костюмов и нарядов к предстоящему веселью.
15-00 – торжественный обед и встреча Высоких Гостей.
18-00 – Экзамен. По его итогам – вручение наград и порка провалившихся.
20-00 – Ужин, танцы, пляски и Безудержное Веселье.
24-00 – Торжественный салют и Скачки до упаду!
01-00 – Провозглашение Ведьмы Нового Года.
02-00 – дальше – как получится...
Само объявление было украшено разноцветными пяти-шести-восьмиконечными звёздами, лукаво подмигивающими полумесяцами, весёлыми чёртиками и летающими на мётлах симпатичными ведьмочками. Внизу, особо тщательно прорисованный, притаился Золотой Единорог – как символ награды для Лучшей Выпускницы года. И чья-то корявая подпись «будет мой»...
Татьянин день. Сестринская забота.