явным садистским удовольствием, объявила тёмная. – Дайте мне любого лжеца, и я рано или поздно добьюсь от него и правды, и лжи, и любого промежуточного значения!
Её соратницы по мракобесию поддержали свою лидершу одобрительным, хотя и сдержанным шумом.
Элиз оценила и эту шутку, но вскользь заметила:
— Увы, полученные таким образом сведения будут предвзятыми. И следовательно не смогут претендовать на истину в последней инстанции. А нам нужна именно она, - верно, Люда?
При этом директриса посмотрела в глаза тёмной вполне серьёзно и как будто даже с особым значением. Людмила выдержала этот взгляд с безупречным ведьмовским самообладанием. Она продолжала аппетитно улыбаться, как будто что-то предвкушая.
— Если общемирового решения не существует, значит, каждая из нас может вывести своё собственное! – скороговоркой выпалила одна из близняшек с колечком на мизинчике из адуляра.
— Умница, Коробок! – похвалила и её Элиз. – Дело за малым – сформулируй нам своё решение!
Коробок озорным взглядом переглянулась со своей сестрой и спросила:
— А одно на двоих можно?
— Можно, - кивнула директриса.
— Тогда мы ставим на решение Оккама, согласно которому ни одно суждение не может свидетельствовать о самом себе.
— Это не решение апории как таковой, это способ устранения самой апории. Вы меня разочаровали, сестрички! Подумайте, постарайтесь, найдите своё собственное нетривиальное решение!
Девушки снова переглянулись, на этот раз немного растерянно.
— Но мне в вашем ответе, Коробок, понравилось словосочетание «мы ставим». Ставки! – вот что повысит коэффициент полезного действия ваших пытливых умов, милые барышни!
Сидевшие за столом ученицы воодушевились, вспомнив, какой приз разыгрывался на прошлом уроке. Элиз моментально считала их эмоции, главной из которой был азарт.
— Да, вы всё правильно угадали, девушки! – весело продолжила директриса. – На кону у нас сегодня всё тот же персонаж – наш единственный клубный раб по прозвищу Москвич.
Елизавета Александровна лишь слегка прищёлкнула пальцами, и из-за ширмы вышел Павел. Одет он был приличествующим случаю образом в белую длинную тогу, а проще говоря, укутан в простыню, под которой, судя по всему, ничего больше не было. На голове его был возложен старый лавровый венок, явно из запасников какого-нибудь провинциального театра, возможно существовавшего здесь, в пансионе лет триста назад. Вид наш герой имел покорный и сосредоточенный.
— Предупреждаю сразу, - перешла на вкрадчивый тон директриса. – Это будет необычное состязание. Сейчас вам придётся продемонстрировать не только остроту ума и глубину вашей философской мысли, но и наше общее особое волшебное самообладание. Умение скрывать свои чувства, держать в узде эмоции, управлять самыми сокровенными желаниями и страстями.
ЕА оглядела лица сидевших за столом барышень (и не только их – на другом конце стола сидели также Доротея и Анна), и заметила, что некоторые из ведьмочек уже о чём-то догадались. Их щёчки зарделись, а глазки засверкали искорками предвкушения запретной сексуальной игры.
— Да, - не стала томить их директриса. – Речь идёт о всем вам хорошо известной игре под названием «Каменные лица».
И вот тут грянули всеобщие аплодисменты.
— Обождите радоваться, дамы! Вы же ещё не знаете всех условий сегодняшней особой формы этой игры. А они таковы: мы продолжим обсуждать нашу главную тему – парадокс лжеца, на примере нашего раба. Который в этот момент будет находиться у нас под столом. Что он там будет делать – вы сами поймёте. Точнее это поймёт одна из вас, или нас, - тут Элиз лукаво подмигнула всем собравшимся своим зелёным глазом, - а наша задача будет следить за выражением лиц всех собравшихся за этим столом. И та барышня, которая потеряет над собой контроль, будет считаться проигравшей.
Любовник на прокат