не между ног, а здесь! Потому что без работы этого органа всё остальное - просто биологический мусор, трение органов, ведущее к пустоте и, в итоге, к одиночеству.
Потом она приложила пальцы к своему виску.
— И здесь. Потому что слепая страсть разрушительна. Контроль, осознанность, внимание к партнёру - вот что превращает животный акт в то, что достойно называться человеческими отношениями!
Её слова падали в тишину, как раскалённые гвозди, и впивались прямо в мозг. Я сидел, и меня буквально трясло изнутри. Она описывала идеал. Тот самый, который они с Мамору только что продемонстрировали своим безупречным, холодным телом. А в моей голове, в контрасте, вставали обрывки прошлой недели: Аяка, команды которой были о власти, а не о доверии. Юки, азартный блеск в глазах которой был о новизне и острых ощущениях, а не о близости. Липкий диван, сперма на подбородке, чувство использованности, и такого же использования.
И тут же возникла другая мысль - «Но было же так классно и сладко»
Я украдкой посмотрел на Маоко. Она сидела, выпрямив спину, и смотрела на Сакуру с таким голодным вниманием, будто ловила каждое слово как спасательный круг. В её глазах я видел тоску по тому самому, о чём говорила инструктор. По чему-то чистому, настоящему, построенному на взаимности. И я понял, что именно такую девушку, как она, и стоило бы пригласить в этот идеальный, выстроенный Сакурой и Мамору мир уважительного секса. Но её пригласил бы не я, уже совращённый её одноклассницами...
— Удачи, - тихо, почти с грустью, закончила Сакура: - Вам она понадобится.
Урок был окончен. Расходились все по-разному. Кто-то, взволнованный, тут же начинал обсуждать детали с партнёром. Кто-то шёл молча, переваривая. Аяка и Юки быстро собрались и вышли, перешёптываясь - их, казалось, философия Сакуры задела мало, они были полны идей о новых «тренировках».
Часть 7
Выходные тянулись мучительно долго. Я был как на иголках. Телефон стал моим главным врагом и объектом одержимости. Каждый вибрация, каждый звук уведомления заставлял сердце биться чаще. Я ждал. Ждал дерзкого сообщения от Аяки, нового вызова. Ждал хитрого, игривого предложения от Юки. Ведь после такого... такого интенсивного «тренинга»... должно же было быть продолжение? Мы же были «одной командой», как сказала Аяка.
Я листал нашу переписку, перечитывал её последнее «ждём», и жаркая волна воспоминаний накрывала с головой. Я снова видел их тела, слышал стоны, чувствовал вкус их кожи на губах. И каждый раз это заканчивалось одним и тем же — я запирался в ванной или в комнате, и моя рука, словно одержимая, тянулась вниз. Я дрочил яростно, отчаянно, представляя новые, ещё более безумные сценарии с их участием. Сперма липла к рукам, капала на пол, но удовлетворения не наступало. Только пустота и ещё более жгучее ожидание.
Но сообщений не было. Ни в субботу. Ни в воскресенье. Молчание было оглушительным. К воскресному вечеру мое возбуждение сменилось липкой, холодной тревогой. А что, если... они передумали? Что, если я им наскучил? Эта мысль была унизительнее всего.
В понедельник я шёл в школу с каменным лицом, но внутри всё сжималось в комок. Я зашёл в класс рано и уткнулся в учебник, делая вид, что учу.
Первым появился Кенджи. Мой лучший друг. Он подошёл к моей парте, и на его лице сияла такая улыбка, такая безудержная, глупая радость, что мне стало физически не по себе.
— Ито! - он хлопнул меня по плечу так, что я вздрогнул. Его глаза блестели, как у щенка, нашедшего самый большой в мире мяч: - Ты не поверишь! Ты просто ни за что не поверишь, что случилось
Лесбиянка в поколении