до упругой шейки матки. Её попка двигалась навстречу моему члену, который то медленно, целиком выходил из её влажной, обжигающе горячей дырочки, то резко, со смачным шлепком влетал обратно, упираясь в самую глубину и ударяясь яйцами о её промежность, от чего раздавался характерный влажный звук. Вскоре она застонала громче, громко, её тело затрясло, голова упала на руки, и я ощутил, как на неё накатила новая, более мощная волна оргазма, как её внутренние мышцы яростно завибрировали, сжимая мой член. Настала моя очередь ставить точку. Я вырвал член из неё и, уперев пульсирующую головку в упругую ягодицу, кончил. Сперма вырывалась мощными, обильными струями, орошая Наташкину спину и ягодицы большими, матово-белыми, тягучими каплями. Когда извержение закончилось, я бессильно, но счастливо осел на диван.
— Я в душ, а то ты всю меня обтрухал... — промурлыкала Наташа, сверкнув на меня мокрой попкой. — Забыла тебя предупредить... можешь кончать в меня, я на таблетках! — крикнула она уже из ванной.
Через несколько минут она вышла, обтираясь Таниным полотенцем. Я тоже сходил сполоснуться и, вернувшись, с удивлением обнаружил, что снова готов. Звон в бубенцах всё ещё не стихал, а гудел набатом.
Я плюхнулся голым задом на диван, Наташа тут же устроилась на коврике между моих раздвинутых ног. Она взяла в ладошку за ствол моего вновь крепчающего члена и начала своё колдовство. Бесстыдно, но с какой-то детской непосредственностью глядя мне прямо в глаза своими зелёными омутами, она приподняла член и взяла в рот моё правое яичко. Нежно перекатывая его языком во влажном рту, она одновременно медленно водила по стволу рукой, натягивая кожицу. Затем она так же нежно заменила правое яичко на левое, сжимая его в горячей полости. От такой изощрённой ласки у меня кружилась голова, член гудел от напряжения. Я откинулся на спинку дивана в сладком ожидании.
Но неожиданно Наташа прекратила пытку, выпустила мои яички и, усмехнувшись, встала с колен.
— Пойдём, поглядим, как они там... — она взяла меня за всё ещё твердый член и, словно на поводке, повела в спальню.
Когда мы зашли, перед нами открылось зрелище, от которого у меня перехватило дыхание. В объятьях Наташи я совсем забыл, что за стеной мой друг трахает мою жену. Таня стояла в коленно-локтевой позе на нашей огромной бабушкиной кровати, а сзади, на коленях, к ней пристроился Лёша. Он, обхватив руками её бёдра, ритмично, с силой вгонял в мою жену свой кол. Картина была не просто впечатляющая, она была сногсшибательная. Но больше всего меня потрясло, что его член входил не во влагалище, а в её анальное отверстие, в ту самую дырочку, которую я безуспешно пытался «распечатать» почти год. А Лёхе это удалось с первого раза! Наш тюбик с гелем, который я купил, валялся тут же, на покрывале. Откуда Лёша знал, где он хранится? Значит, это Таня сама достала его, сама подготовилась. И ещё меня поразило выражение лица моей жены. Закусив свою нижнюю пухлую губу, закатив свои тёмные, влажные глаза, она громко, почти не стесняясь, постанывала при каждом движении Лёхи. Было видно, что ей это нравится, что она тащится от этого анального секса. И я с удивлением понял, что не испытываю никакой ревности. Только глухую досаду, что не я был там первым, и дикое, животное возбуждение от того, что я это вижу.
Наташа отвлекла меня от разглядывания, потянув за член в сторону кровати. Мы взгромоздились на неё. Места хватало всем — бабушкина кровать была поистине огромной, на ней можно было танцевать.
СВЕТА. ПЕРВАЯ ТРОЙКА.