бубенцы звенели малиновым, праздничным звоном в предвкушении чего-то грандиозного.
***
Алексей пришёл с бутылкой хорошего коньяка и коробкой дорогих конфет. В отличие от нас с Таней, живущих на скромные студенческие стипендии, работающие Лёша и Наташа могли себе это позволить. И в барах они всегда угощали нас, понимая наше стеснённое положение. Зато Таня, чтобы быть на высоте, напекла целую гору ароматного домашнего печенья — в этом она была непревзойдённой мастерицей.
Жёны в этот раз были без обычной «боевой раскраски», в которой они обычно ходили в бар. Совсем немного косметики, лишь слегка подчёркивающей глаза и губы, и простая, повседневная одежда. На Тане была та самая, ставшая для меня роковой, короткая джинсовая юбка и белая футболка с жёлтым смайликом на груди. Наташа была в джинсовом сарафане на тонких лямках, подол которого едва-едва прикрывал её трусики, оставляя на виду стройные загорелые ноги. Не по-домашнему, но с каким-то особым шиком на девушках были босоножки на очень высоких, немыслимых каблуках, чтобы их ножки смотрелись ещё эффектней. Я понимал, что излишняя косметика и вечерние платья для того, что мы задумали, были бы неуместны. Девушки выглядели натурально, свежо и желанно, и от этого нравились мне ещё больше.
Меня всего нервно потрясывало от напряжения и предвкушения. Лица девушек тоже были напряжены, в глазах читалось лёгкое волнение и любопытство. Несколько рюмок коньяка, выпитых под печенье и непринуждённую болтовню, немного расслабили мои нервы и согрели кровь. Жёны тоже раскрепостились, начали похихикивать над шутками Алексея. Сам Лёха был, как всегда, спокоен и уверен, словно обмен жёнами был для него самым обычным, рутинным делом.
Я поглядывал то на свою жену, то на Наташу, и они тоже стреляли в ответ глазками, словно ожидая моего сигнала.
— Ну, не будем терять драгоценное время! — решительно сказал Лёша, отставив рюмку. — Пора за дело. Мы все тут люди взрослые и понимаем, зачем собрались. Я, с вашего позволения, с Татьяной пойду в спальню, а вы, Санек, тут с Наталкой располагайтесь.
Он взял за руку мою жену, та послушно встала и пошла за ним в спальню. Я смотрел им вслед и с удивлением почувствовал острый, неприятный укол ревности, сдавивший горло. Но предвкушение того, что сейчас я буду трахать жаркую, желанную Наташу, мгновенно притупило это чувство.
Оставшись с Наташей наедине, я продолжал неподвижно сидеть на диване, не зная, с чего начать. Наташа сама пересела на то место, где только что сидела Таня, и, приподняв мою рюмку с остатками коньяка, тихо предложила:
— Саш, давай выпьем... за нас.
Я молча кивнул, сглотнул обжигающий напиток и отставил рюмку. Наташа придвинулась ко мне вплотную, почти касаясь губами моего уха, а затем повернула голову и наши губы встретились. Я ощутил вкус коньяка, смешанный с её естественным, сладковатым ароматом. Голова пошла кругом, и я с головой окунулся в эту реку наслаждения. Моя правая рука сама собой потянулась к лямкам её сарафана, начала расстёгивать мелкие пуговицы. Под сарафаном меня ждал сюрприз. Наташа была без бюстгальтера. Мои ладони накрыли упругие, тяжёлые грудные прелести, прекрасной, налитой формы, никак не меньше третьего размера. Твёрдые горошины сосков приятно щекотали мои ладони, когда я слегка сжимал груди.
Наташины руки тем временем ловко справились с ширинкой моих джинсов, и вскоре я почувствовал, как её тёплая, сухая ладонь крепко сжала ствол моего, уже давно готового к бою, бойца. Мы целовались, не в силах оторваться друг от друга, наши языки сплелись в страстном танце. Моя левая рука притягивала её голову ближе, пальцы путались в волосах, правая продолжала мять и ласкать её груди, а по
Триада. Глава 4