Совсем ничего не дать и действительно было бы не честно и я предлагаю выбрать.
— Мне сделать это рукой или губами, … как тебе больше нравится?
— Этого мало, … я хочу тебя всю.
— Для этого, ты должен сначала попросить моей руки у папочки. – улыбаясь присаживаюсь рядом с оттопыренным вверх отростком и прямо у Макара на глазах, втягиваю недавно штурмовавшую моё девственное лоно головку, в свой ротик.
— О-о-оу, да что ты творишь? Как может, девственница, быть такой порочной?
Не прекращая манипуляций рукой, с характерным звуком, вытягиваю пунцовую от напряжения головку изо рта.
— Если тебе не нравится, я могу всё это прекратить.
— О, нет-нет, мне всё нравится, … пожалуйста не останавливайся.
— Вот и нечего тогда причитать. – смачно шлёпаю толстенным членом себе по языку и продолжаю, стараясь как можно глубже пропихнуть его в себе глотку.
Ох, скажу я вам, с папочкиным размером это получалось куда легче, а тут у меня прямо слёзы из глаз, вязкие горловые слюни потоком и вполне сознательная асфиксия хуем.
И всё же, упорство и уже имеющийся опыт, позволяют мне справиться. Обливаясь слезами, давясь и кашляя, я таки принимаю и эту здоровенную дубину в свой пищевод, приноравливаюсь с дыханием и принимаюсь элегантно сношать свой рот, как заправская порно-дива.
Макар стонет, прикрыв глаза и запустив пальцы мне в волосы, я сосредоточенно пыхтя работаю головой, а Федот Александрович, со всей отцовской ревностью, взирает на это безобразие, молча стоя в дверях. В его суровом взгляде так и читается:
«Не женится, полетит с маяка вниз головой!»
Смущаясь таким вниманием, жестом руки и виноватыми глазками, я умоляю папочку не смотреть и дать мне тут закончить, когда прямо в этом моменте, партнёр надевает рот его дочери до основания и с утробным мычанием, выплёскивает своё семя, наверное, прямо в её желудок.
На опыте, уже совершенно не давясь, я педантично проглатываю всё до капли, вынимаю опадающий член и гоняя последнюю порцию на языке, пробуя своего будущего мужа на вкус, резюмирую.
— Вкусненький. - устало ему улыбаюсь.
— Мне досталась за богиня! Я хочу от тебя детей! - взгляд только что кончившего мужчины, полон безмятежного восторга.
— Ой, надо же! - удивлённо вскидываю бровки. - И кого же, мальчика или девочку?
— Ты много мне родишь! – воодушевлённо улыбаясь, Макар гладит пальцами мои взмокшие волосы.
— А если папа меня тебе не отдаст?
— Отдаст, я слово волшебное знаю.
— И что же это за слово такое? - улыбаюсь.
— Я люблю Вашу Марфу и хочу сделать её своей счастливой женой.
Эти слова, разумеется, ещё нельзя было отнести в ЗАГС, но скажите могла ли я не ликовать в душе? И какая разница, что именно сработало, мой врождённый женский магнетизм или культивированная папочкой, островная распущенность?
Ведь я чувствовала, что надёжно прибрала этого мужчину к рукам.
***
(повествование от лица Макара)
Мог ли я подумать, что эта летняя навигация обернётся множеством приятных приключений и таким количеством женского внимания?
Три горячие саамские самки и сумасшедшая девственная островитянка, настоящая «девушка севера». Так ведь мне можно и навсегда распрощаться со своей холостяцкой свободой.
Но а серьёзно, давая Марфе обещание, собирался ли я на ней жениться?
Её папа в нашем приватном разговоре вполне себе оставлял мне возможность этого не делать. Я, разумеется, не совсем понимал в чём именно ему трудно отказать своей взрослой девочке, но естественно догадывался, что при таких соседях, детишкам у Марфы взяться будет просто не откуда.
Забегая не много вперёд скажу, что у нас, конечно же,