В сауне стоял густой, обжигающий жар. Воздух был тяжёлым, влажным, пропитанным запахом раскалённого дерева и пота. Капли конденсата стекали по стенам, дерево обжигало кожу. На верхней полке, слегка расставив ноги, лежал Николай Иванович - мужчина лет пятидесяти, крупный, с небольшим животом, седеющими волосами на груди и мощными руками. Его лицо раскраснелось, глаза горели, голова была приподнята, чтобы видеть всё в деталях.
Перед ним, спиной к нему, в позе лягушки стояла, или лучше сказать "сидела", старшеклассница. Её ноги были широко расставлены по обе стороны от его бёдер, ступни упирались в горячую полку, ладони тоже лежали на дереве. Она сильно наклонилась вперёд, выгнув спину и высоко задрав попку. Свои тёмные длинные тёмные волосы девочка собрала в высокую тугую дулю, но несколько мокрых прядей всё-таки выскочили из причёски и прилипли к шее и лопаткам. Пухлая, налитая попка уже блестела от пота и была розовой от жара. Маленькая грудь, где-то полторашечка, тяжёлая и мясистая у основания, с сосками, торчащими вперёд и чуть в стороны, как маленькие пирамидки, покачивалась при каждом движении. Глаза у девочки были ярко-зелёные, в данный момент полуприкрытые. Ресницы слиплись от пота.
Николай Иванович крепко держал школьницу обеими руками за ягодицы. Пальцы глубоко впивались в мягкую, горячую плоть, широко раздвигая "булки" в стороны. Он медленно, но уверенно насаживал её очко на свой огромный толстый хуй. Он поднимал её пухлую попку вверх - медленно, контролируя каждое движение, - и толстый, налитый кровью ствол почти полностью выходил из её ануса. Розовое колечко, растянутое до предела, обхватывало головку, белело по краям от напряжения, дрожало. Потом он резко, но не слишком быстро тянул её вниз, и её тугое, горячее очко снова заглатывало его член целиком, до самых яиц.
Девочка громко сопела. Воздух резкими, короткими толчками выходил через нос с влажным присвистом. Её губы были плотно сжаты. Она не издавала ни слова. Каждый раз, когда Николай Иванович насаживал её глубже, внутри неё вспыхивала жгучая, тяжёлая заполненность: анус горел, мышцы сфинктра дрожали и пульсировали, пытаясь обхватить непривычно толстый ствол. Она чувствовала, как головка упирается где-то очень глубоко, растягивая её изнутри до предела. Пот лился по спине ручьями, стекал между раздвинутых ягодиц, капал на его яйца и лобок.
— Ммм… вот так, хорошая… - низко, с хрипотцой рычал Николай Иванович, не отрывая взгляда от того, как её розовое колечко медленно обхватывает его толстый хуй. — Смотри, как красиво твоё очко раскрывается… такое тугое, розовое… обнимает меня так плотно, будто сосёт мой член… молодец, девочка… принимай его весь… до самого основания…
Он снова поднял её попку вверх, почти полностью вытащив член, и снова резко, но контролируемо насадил вниз до упора. Её бёдра задрожали, пот стекал по внутренней стороне ног. Николай Иванович застонал протяжно, почти по-звериному, пальцы сильнее сжали и раздвинули её ягодицы, открывая вид ещё шире.
— Дааа… чувствуешь, как я тебя всю заполняю? Как твоё маленькое горячее очко растягивается вокруг моего толстого хуя… такое узкое… такое послушное… хорошая… очень хорошая девочка…
В ответ же она просто продолжала сопеть через нос, всё быстрее и чаще. Её тело блестело от пота, маленькая грудь тяжело вздымалась. Николай Иванович продолжал медленно и глубоко насаживать её очко на свой огромный член, наслаждаясь каждым сантиметром, каждым своим стоном и её тяжёлым, прерывистым дыханием.
Николай Иванович не спешил останавливаться. Он держал её пухлые, скользкие от пота ягодицы в крепкой хватке, медленно поднимая их вверх, пока толстый, венозный хуй почти полностью не выскальзывал из её растянутого очка - только массивная головка оставалась внутри, заставляя белеть
Помощь друг другу