улыбка и блестящие от возбуждения глаза. Она посмотрела на подругу и спросила просто, словно речь шла о какой-то безделушке:
— Хочешь потрогать?
Юля молчала, только глаза её расширились ещё больше, став похожими на два огромных тёмных озера. Она не могла вымолвить ни слова.
— Ну чего ты боишься? — Ира говорила ласково, но настойчиво: — Это же не граната. Не взорвется. Иди сюда, потрогай. Тебе понравится.
И тут Юля вдруг осознала, что её действительно, нестерпимо тянет прикоснуться к этому мужскому органу. Любопытство, смешанное с чем-то более глубоким, первобытным, пересилило страх. Она сделала шаг, другой, и медленно, словно во сне, приблизилась к ним. Опустилась на колени рядом с Ирой, чувствуя, как холодный пол обжигает кожу.
Осторожно, затаив дыхание, она вытянула руку и кончиками пальцев дотронулась до глянцевой, влажной головки члена Володи. Это было подобно удару тока — по руке, по всему телу пробежала дрожь. Юля испуганно отдёрнула руку, но Ира уже схватила её за запястье и, мягко, но уверенно, вложила её ладонь обратно, обхватив пальцами член брата.
— Чего бояться? Как маленькая, право слово, — ворковала Ира: — Держи смелее. Вот так. Чувствуешь, какой он твёрдый? Это от тебя.
Юля осторожно сжала пальцы. Член в её руке был твёрдым, как камень, но кожа на нём была нежной, бархатистой и скользкой от выступившей смазки. Она поднесла его ближе к лицу, рассматривая с жадным, почти научным интересом. Он был совсем рядом, в двадцати сантиметрах от её широко раскрытых глаз. Тёмная головка блестела, проступали набухшие вены, и он пульсировал в её ладони — живой, горячий, настоящий.
Юля, осмелев, начала сжимать и разжимать пальцы, водя рукой вверх-вниз, повторяя движения, которые только что видела у Иры. От этих движений по телу пробегали новые волны странного, доселе неведомого возбуждения. Её начало слегка потряхивать, дыхание сбилось.
Володя смотрел на неё и не верил своим глазам. Юля, его Юля, его недосягаемая мечта, сидит у его ног на коленях и гладит его член. Мысль об этом, осознание этого сводило с ума, разгоняло кровь по венам с удвоенной силой. Он понял, что она уже не остановится, что первая ступень пройдена, и теперь они пойдут до конца.
Ира, словно заправский педагог на уроке анатомии, взяла член брата чуть ниже ладони подруги и начала комментировать:
— Нежнее, Юлечка, нежнее. Не дави так сильно. Представь, что это что-то очень хрупкое, но одновременно живое. Вот так, плавно, вверх-вниз. Да, молодец! А теперь чуть быстрее...
Юля слушалась беспрекословно, полностью отключив сознание, отдавшись во власть инстинктов и указаний подруги. Её рука двигалась всё уверенней, ритмичней.
— Молодец, — похвалила Ира: — А теперь смотри, как надо по-настоящему.
И она, наклонившись, раскрыла свои пухлые губы и взяла в рот розовую головку члена брата. Юля ахнула и отдёрнула руку, но взгляд не отвела. Она смотрела, как Ира умело, глубоко заглатывает член, как её голова ритмично двигается, как Володя запрокидывает голову и тяжело дышит.
Ира сделала несколько глубоких движений, потом медленно вывела член изо рта, облизала головку языком, словно леденец, и повернула его, блестящий от слюны, к Юле.
— А теперь ты. Попробуй. Это очень приятно. И ему, и тебе. Давай.
Юля, дрожа, снова взяла член в руку и поднесла к лицу. Но в последний момент её охватил ужас.
— Нет! Я не могу! — выдохнула она, отворачиваясь.
— Можешь, — голос Иры стал твёрже, но не потерял ласковости: — Это же настоящее блаженство, Юль. Ты просто ещё не знаешь. Давай, не бойся.
Ира обняла подругу за плечи и мягко, но настойчиво потянула её голову вниз. Юля зажмурилась и вытянула
Внешность - не главное