с упоением, с каким-то вызовом, глядя на Мишу снизу вверх. Её голова ритмично двигалась, щеки втягивались, язык работал, доставляя мужчине неземное наслаждение. Глубокие, влажные, хлюпающие звуки разносились по комнате.
Игорь и Юля, всё ещё стоявшие в тех же позах, боясь пошевелиться, смотрели на эту сцену с открытыми ртами. Они не могли поверить в происходящее. Миша, муж Тани, взрослый мужчина, стоял, покачиваясь от наслаждения, а юная Ира самозабвенно делала ему минет прямо на глазах у всех.
Миша, преодолев первое оцепенение, чувствуя, как дикое, первобытное желание захлёстывает его с головой, забыл обо всём. О жене, которая была рядом, за стенкой. О приличиях. О возрасте. Осталась только эта девушка, её горячий рот, её ловкий язык, её руки, сжимающие его яйца.
Он продержался недолго. Возбуждение было слишком сильным. Но он хотел большего. Он хотел войти в неё. Резко, грубо, до упора.
Он схватил Иру за плечи, выдернул свой член из её рта, от чего раздался влажный чмокающий звук, и с силой бросил её на спину прямо на ковер перед камином. Ира упала, раскинув руки, и смотрела на него снизу вверх с вызовом, ожиданием и жадным блеском в глазах.
Миша навалился на неё, раздвинул её ноги коленом и, не тратя времени на прелюдию, одним мощным, грубым толчком вошел в неё на всю глубину.
Ира закричала — не от боли, а от дикого, всепоглощающего наслаждения. Член Миши был огромен, он заполнял её целиком, растягивая стенки влагалища, доставая, казалось, до самой матки. Миша начал двигаться — ритмично, сильно, с каждым толчком вбиваясь в неё всё глубже, словно пытаясь пробить её насквозь.
Игорь и Юля, поняв, что катастрофа отменяется, что Миша не только не против, но и активно участвует, вернулись к своему занятию. Игорь снова вошел в Юлю, и они продолжили, теперь уже с новым жаром, наблюдая за разворачивающейся перед ними сценой, подстегиваемые её откровенностью.
Ира чувствовала, как член Миши движется внутри неё, как он плотно соприкасается с её стенками. Она стонала, выгибалась, вцеплялась ногтями в его спину, оставляя красные полосы. Оргазм накрыл её быстро — мощный, сокрушительный, заставивший её выгнуться дугой и закричать в голос.
Но Миша, более опытный и выносливый, не остановился. Он продолжал свою мощную атаку, не давая ей опомниться, продлевая наслаждение, заставляя её снова и снова взлетать к вершине.
***
Володя не находил себе места в душной парилке рядом с Таней. Сердце его бешено колотилось, мысли путались. Он терялся в догадках о том, что происходит в комнате. Представлял самые разные картины, одна другой откровеннее, и от этого его член под плавками снова начинал подавать признаки жизни.
Прошло около десяти минут — вечность по меркам ожидания. А Миша не возвращался. Таня начала проявлять сильное беспокойство. Она то садилась, то вставала, то подходила к двери, то возвращалась обратно.
— Что-то случилось, — бормотала она. — Я чувствую.
Володя пытался удержать её любыми средствами. Он заговаривал ей зубы, хватал за руку, даже пытался загородить собой дверь.
— Да подожди ты! — воскликнул он в очередной раз, когда Таня решительно направилась к выходу: — Сейчас они все придут! Давай ещё немного посидим...
Таня резко обернулась и удивлённо, строго глянула на него своими чёрными глазами. В этом взгляде было что-то такое, от чего Володя сжался и отпустил её руку.
Она вышла из парилки, прошла через предбанник и направилась в комнату. Володя, чувствуя, как земля уходит из-под ног, как внутри всё сжимается от страха и предвкушения одновременно, поплелся за ней.
Он знал, что сейчас произойдёт что-то неизбежное. Что жизнь всех их изменится навсегда. И он был прав.
Упоен армянским сексом...