содрогаться от приближающейся разрядки. Но Лёха, словно не слыша её слов, продолжал свои движения, всё более резкие и глубокие. Его глаза закатились, зубы стиснулись от напряжения. В тот момент, когда она уже хотела оттолкнуть его, струя горячей спермы ударила глубоко внутрь, заливая её матку. Наталья замерла, чувствуя, как его семя наполняет её.
— Нахуя в меня-то, Дрыщ?! — лицо Натальи исказилось от смеси раздражения и гнева. Её глаза вспыхнули яростью, а руки инстинктивно уперлись в его грудь, пытаясь оттолкнуть. — Пусти, идиот! — прошипела она сквозь зубы, пытаясь вырваться. Но Шпякин засопев, только сильнее прижал её к кровати. Её тело извивалось под ним, но его руки крепко удерживали её запястья, не давая пошевелиться. Он продолжал содрогаться, заливая её своим семенем, и словно наслаждаясь своей властью над её телом.
Кровать скрипела под их весом, а пружины протестующе стонали. Храп бригадира за стеной казался теперь издевательским аккомпанементом этой сцены. Когда последняя капля была выпущена, Лёха, наконец, пришёл в себя и медленно отстранился. Наталья посмотрела на него и заметила, что взгляд его был совершенно отсутствующим. Не врала Верка, за все время их соития он не сказал ни слова, подумала она.
Несколько минут они лежали молча. — Ну чего, понравилось? — спросила Наталья, лениво потягиваясь и глядя на Лёху прищуренным взглядом. В её тоне слышалась смесь самодовольства и лёгкой насмешки.
Она лежала, раскинувшись на постели, её волосы разметались по подушке, а губы кривились в довольной улыбке. Её глаза, всё ещё блестящие от недавнего возбуждения, внимательно следили за реакцией собеседника.
— Ага, ты охрененная тёлка, — смущённо пробормотал Дрыщ, отводя взгляд. Наталья рассмеялась низким, гортанным смехом, который так возбуждал его всего несколько минут назад.
— Ещё хочешь? — спросила она, блудливо улыбаясь и глядя на него из-под полуопущенных ресниц. Её голос звучал хрипловато, с лёгкой хрипотцой, которая только усиливала атмосферу. Наталья медленно провела рукой по своему телу, словно невзначай касаясь груди и живота. Её глаза не отрывались от его лица, ловя каждую реакцию. Лёха замер, не в силах отвести взгляд от её соблазнительного движения. В горле пересохло, а сердце забилось чаще при одной мысли о продолжении.
Как бы это могло быть на самом деле. Славкины женщины