музыку. Я не удивился, когда Шейла вывела Бена на танцпол. Она провела большую часть прошлой недели, обучая его танцевать. Он переминался с ноги на ногу, но разве не так делает большинство из нас?
Вечеринка удалась на славу — еда была отличной, диджей — классным, и все подходили поздравить Бена. При всей своей застенчивости он был любим и уважаем всеми в фирме. Он был услужлив до крайности и никогда не терял самообладания, несмотря на порой невыполнимые просьбы коллег. Единственный раз, когда Бен проявлял «агрессию» — это во время бега. Шейла настаивала, чтобы он продолжал тренировки, хотя он часто предпочел бы остаться с ней. «Тебе нужны другие интересы, Бен, и бег тебе очень полезен. У тебя потрясающая выносливость для мужчины твоего возраста. Тебе она пригодится со мной. Я ненасытна, когда дело касается тебя. Ты же знаешь». Бен подчинялся её желаниям, как и всегда. Он знал, кто главный в их отношениях, и так было с их первой ночи.
Мы поработали следующие понедельник и вторник, а вечером закрылись на каникулы. В среду утром мы встали рано ради свадьбы. Мы с Марси сводили счастливую пару на завтрак. Было видно, что Бен нервничает. — Бен часто нервничает. Обычно я позволяю ему прильнуть к груди, чтобы успокоиться, но здесь я не могу этого сделать, так что ему придется подождать до дома. — Вместо этого она прижала его голову к своей груди и поцеловала в макушку.
— Расслабься, приятель. Видел бы ты меня, когда мы с Марси женились. Снаружи я был сама невозмутимость, но внутри творилось что-то похуже, чем во время стычки с Томом Петерсеном. Марси притворно обиделась и бросила в меня салфетку. Наши дурачества возымели эффект — мы все рассмеялись, включая Бена. После этого он был в порядке. Мы вместе вошли в мэрию и поднялись в кабинет судьи. Они произнесли клятвы, я подал кольца, они поцеловались, и готово. Теперь они официально муж и жена. Я пожал Бену руку и поцеловал тещу. Марси обняла и расцеловала обоих, и мы вышли. Я подколол Бена насчет удачного времени — теперь он сможет подать налоговую декларацию как женатый человек, что выгоднее. Мы поехали домой. Позже мы с Марси угостили их изысканным обедом, а пока она вручила матери наш подарок — чек на 10 000 долларов.
Бен должен был съехать со своей квартиры на следующий день после Рождества, забрав только одежду и свои беговые трофеи. Еще у него было несколько семейных фотографий, хотя, судя по тому, как родные с ним обходились, я догадывался, что всем будет лучше, если они окажутся в мусоре. Шейла расспрашивала его о семье, пытаясь понять, почему он такой ведомый. Выяснилось, что он вырос на большой ферме. Отец всегда был занят хозяйством и урожаем, так что воспитание детей легло на плечи его властной и требовательной матери. У Бена было четыре сестры, все намного старше его — он был результатом случайной, незапланированной беременности. Сестры издевались над ним и порой буквально избивали до покорности, чтобы добиться своего. Отец не помогал. Он хотел сына-крепыша; Бен же был стройным и застенчивым. Представлением отца о мужском спорте были футбол или бейсбол, а не то, что он называл «девчоночьим бегом». Даже когда Бен дважды выигрывал окружные соревнования по кроссу, от отца не последовало ни слова похвалы. Единственным спасением для Бена стала полная стипендия в университете штата, который, к счастью, находился в ста милях — вдали от домашних проблем и властных женщин. Он уехал на первый курс и больше не
Преступная связь. Часть пятая.