член внутри себя. Смотрю на Лену — на то, как она под Женем тает, как глаза закатываются, как пальцы впиваются ему в спину. И меня накрывает.
Волна идёт снизу, захватывает всё тело, я кричу, выгибаясь на Паше, сжимая его член внутри себя так сильно, что он стонет снизу. Лена слышит мой крик, поворачивает голову, смотрит на меня сквозь свои стоны и улыбается — у неё ещё не прошло, а я уже кончаю, глядя на неё. Мы как в зеркале — обе под парнями, обе кончаем, глядя друг на друга.
Потом мы снова меняемся.
Я ложусь на спину, Женя нависает сверху. Смотрю на него — на его плечи, на грудь, покрытую испариной, на то, как мышцы перекатываются под кожей при каждом движении. Он разводит мои ноги шире коленом, пристраивается, и я чувствую его головку у входа — горячую, пульсирующую.
Он входит. У него длиннее, чем у Паши, и каждый миллиметр ощущается отдельно — как он продвигается внутрь, как растягивает, как достаёт куда-то глубоко, куда Паша не доставал. Когда входит до конца — замирает на секунду, давая мне привыкнуть. Я чувствую его там, глубоко-глубоко, и от этого перехватывает дыхание.
Краем глаза вижу Пашу с Леной. Они на диване — Лена на четвереньках, Паша сзади, входит в неё размеренно, глубоко. Она стонет, уткнувшись лицом в подушку, а он сжимает её бёдра, двигается в ней, и от каждого толчка её грудь колышется.
Женя начинает двигаться во мне. Ритмично, сильно, глубоко. Каждый толчок отдаётся во всём теле — от пальцев ног до макушки. Я сжимаюсь вокруг него, чувствуя, как он скользит внутри, как головка задевает самые чувствительные места. Смотрю на него снизу вверх — на его лицо, на то, как он закусывает губу, как глаза закатываются от удовольствия, как на лбу выступает испарина. Он смотрит на меня, и в его взгляде — голод, нежность, желание.
Перевожу взгляд на Лену. Она всё ещё на четвереньках, Паша сзади — входит в неё ритмично, глубоко, сжимая её бёдра. Она стонет, уткнувшись лицом в подушку, волосы разметались по спине, грудь колышется в такт движениям. Иногда она поворачивает голову, ловит мой взгляд и улыбается сквозь стоны.
— Давай поменяемся, — слышу её голос сквозь стоны.
Мы перестраиваемся. Лена слезает с четверенек, я поднимаюсь с кровати — ноги дрожат, но тело само двигается, ведомое желанием. Мы встаём рядом, на колени, на мягкий ковёр перед кроватью. Две голые девчонки, обе мокрые, разгорячённые, с блестящей кожей. Я чувствую её тепло боком, слышу её прерывистое дыхание.
Она поворачивает голову, смотрит на меня. Улыбается — пьяно, довольно, по-свойски.
— Ну что, подруга, — шепчет она: — Покажем им?
Я киваю. И мы обе опускаемся на четвереньки. Рядом. Почти вплотную.
Я чувствую ковёр под коленями — мягкий, ворсистый, приятно щекочет кожу. Прогибаюсь в спине, откидываю волосы в сторону, чтобы не мешали. Лена рядом делает то же самое — две попки, две мокрые киски, открытые, готовые.
Сзади слышу шаги. Паша подходит ко мне. Его руки ложатся на мои бёдра — тёплые, уверенные, чуть шершавые. Гладят, сжимают, раздвигают шире. Я чувствую его дыхание на спине, его член у входа — горячий, пульсирующий. Он водит головкой по моим мокрым складкам, собирает влагу, дразнит.
— Готова? — шепчет он.
Я только мычу в ответ.
Он входит. Сразу, глубоко, до конца. Его член толще, чем у Жени, и я чувствую каждое растяжение, каждое движение, когда он проникает внутрь. Выдыхаю со стоном, принимая его, прогибаясь ещё сильнее.
Рядом Женя заходит сзади к Лене. Я вижу краем глаза, как он раздвигает
Ремонт стиральных машин