вверх-вниз. Ее бедра шлепали по его бедрам, кровать скрипела в такт, пружины выли.
— Я просто не могу без этого, Кирюш, — выдохнула она, не сбавляя темпа. — Прости.
Она сделала паузу, но не остановилась.
— Я бы нашла себе кого-нибудь, но знаешь... — она запрокинула голову, на секунду прикрывая глаза. Пот капнул с подбородка ей на грудь. — Зачем кого-то искать, если рядом есть вариант?
Пот лился по ней ручьями. Она остановилась — резко, замерла — и сделала двойную позу бицепсов. Два шара вздулись на руках, вены выступили синей сетью, пульсирующей, живой. Мышцы дрожали от напряжения.
Кирилл приподнялся и начал целовать ее живот. Мокрый, соленый, горячий. Каждый кубик пресса — твердый, рельефный, разделенный глубокими бороздками. Каждую ложбинку между мышцами. Он водил языком по этим канавкам, слизывая пот, чувствуя, как под кожей перекатываются стальные жгуты.
Потом грудь — огромные, тяжелые полушария, с которых капал пот. Он взял сосок в рот — металлическая штанга звякнула о зубы — и начал сосать, водить языком вокруг металла, по самому чувствительному месту. Ася вздрагивала при каждом движении.
Она в ответ начала играть мышцами. Сжимала и разжимала их в такт его поцелуям — пресс, ягодицы, бедра. Внутри нее тоже шла игра — мышцы вагины сжимались и разжимались ритмично, массируя его, не давая опомниться.
Кирилл чувствовал, как живое тело под его губами пульсирует, живет, дышит. Каждая клетка Асы была напряжена, каждая мышца работала, каждая пора выделяла пот и желание.
— Знаешь, в чем секрет женщин? — спросила она, чуть задыхаясь.
Кирилл промямлил что-то невнятное, не отрываясь от соска. Он чувствовал металл на языке, смешанный с солью и ее вкусом — глубоким, сладким, затягивающим.
— Секрет в том, — простонала Ася, — что у нас есть вагина. И вам, мужчинам, она нужна.
Она хихикнула — низко, довольно. От смеха груди дернулись, и металлические штанги снова звякнули о его зубы.
— Вот и весь секрет.
Кирилл оторвался от груди. Посмотрел на нее снизу вверх. Пот блестел на ее лице, очки запотели, волосы прилипли ко лбу и вискам, обнажая выбритый андеркат.
— А как же характер? И остальное?
Ася улыбнулась ему как дурачку. Снисходительно и тепло одновременно. Она наклонилась, и ее губы оказались у его уха.
— Да это не важно, — сказала она хрипло. — Любая женщина хочет жить получше. И для этого манипулирует мужчинами. Кто-то дверь откроет. Кто-то шкаф соберет. Кто-то квартиру перепишет.
Она выпрямилась и вздрогнула — специально, сильно сжала мышцы. Они сомкнулись вокруг него, как кулак. Туго, горячо, пульсирующе.
— И какой выход? — спросил Кирилл, пытаясь собрать мысли, которые разбегались от каждого ее движения.
Ася посмотрела ему в глаза. Какие у нее были глаза — красивые, глубокие, с золотыми крапинками в лунном свете. В них было что-то древнее, что-то, что помнило времена, когда людей еще не было.
— Выход, Кирюш, один, — сказала она серьезно. — Быть сытым человеком в сексе. Если ты сыт — кушаешь перед сном каждый день, регулярно, плотно — то ты не можешь быть легко управляемым.
Она начала снова двигаться — медленно, набирая скорость. Вверх-вниз, вверх-вниз. Мышцы внутри нее работали как насос, выкачивая из него волю.
— Если это у тебя есть, — продолжила она, задыхаясь, — ты не побежишь за каждой юбкой. Ты не будешь терпеть унижения. Ты не купишься на обещания.
Скорость нарастала. Груди летали, металлические штанги сверкали, пот брызгал во все стороны, попадая на простыни, на подушки, на него. Запах стоял такой, что можно было ножом резать — секс, пот, желание, химия.
Коричневая ебля в походе