Затем я повернулся к худенькому. Показал ему тот же жест — молчание.
Он тоже кивнул. И — что меня едва не свело с ума — показал мне большой палец. Улыбнулся в темноте, и его зубы блеснули в тусклом свете.
Ох ты ж блядь, даааа, получилось! Как-то не обратил я тогда внимания, а нормальная ли это реакция на третьего незнакомого человека как бы…гммм.
Оба. Они оба согласились. Мой член пульсировал так сильно, что я боялся кончить прямо в штаны. Это было... неправильно. Запредельно. То, что я делал, нарушало все правила — супружеские, социальные, человеческие. Но именно это делало ситуацию невыносимо возбуждающей. Кровь стучала в висках, в ушах, в паху. А с другой стороны — жена лежит прямо перед глазами, стонет, ей явно нравится.
Высокий отступил от Татьяны. Его член выскользнул из неё — длинный, ровный, с тёмной головкой, блестящий от её смазки. Он был возбуждён, но не огромен — среднего размера. Он обошёл парту и встал рядом с худеньким. Оба смотрели на меня, выжидательно. Я смотрел на жену. Её задница — та самая задница, которую я знал десять лет, которую гладил, целовал, шлёпал — была полностью открыта мне. Округлость ягодиц, которые она всегда стеснялась, считая слишком широкими. И между ними — её пизда, красная, разбухшая, влажная. Видно даже колечко ануса, расслабленное, слегка приоткрытое. Внутренние губы торчали наружу, тёмно-розовые, блестящие. Из отверстия вытекала прозрачная жидкость, стекая по её бёдрам. Вот это она течет, конечно.
Но ещё больше меня поразило то, что она сделала дальше. Она взяла в рот оба члена сразу.
Её губы растянулись, охватывая обе головки. Я слышал, как она стонала — приглушённо, с полным ртом. Её голова двигалась вперёд-назад, язык работал между ними. Я расстегнул джинсы. Подошёл к Татьяне сзади. Положил руки на её бёдра — она вздрогнула под моими ладонями, но не остановилась. Её кожа была горячей, влажной от пота. Я провёл ладонями вверх, по её ягодицам, чувствуя их форму, их тяжесть. Раздвинул их, открывая себе вид на её анус — тёмный, морщинистый, — и ниже, на её щель.
Мой член был больше, чем у обоих парней. Я знал это — знал по её реакции, когда входил в неё. Знал по тому, как она изменила тональность, стала стонать чуть громче. Её тело напряглось, и я почувствовал, как её мышцы сопротивляются.
Я вошёл. Её киска приняла меня — не сразу, с сопротивлением. Она была растянута после парня, но всё равно тугая — тугая вокруг меня, тёплая, влажная. Тепло охватило мой член, и я замер на секунду, наслаждаясь этим ощущением. Наслаждаясь тем, что она не знает. Что для неё это просто ещё один мужчина. Вот так просто принять третий член? Мдааа…
Татьяна застонала снова — долгий, сдавленный звук. Но она не обернулась. Не спросила, кто это. Не прекратила сосать. Она просто... приняла.
Это было последней каплей. Дальше, я уже не думал, просто похоть и желание выебать её как можно быстрее и сильнее. Я начал двигаться — жёстко, резко, без прелюдий. Мои бёдра ударялись о её ягодницы с громким шлепком, который эхом отражался от стен. Парта под ней скрипела, полиэтилен шуршал.
— Ммм... мммм... — её стоны были заглушены членами во рту.
Я смотрел, как её губы скользят по ним. Как её щёки втягиваются. Как парни запрокидывают головы, закрывая глаза. Худенький кусал губы, высокий вцепился в край парты. Я трахал её. Мою жену. Которая не знала, что это я. Которая думала, что это просто третий — случайный, безымянный, хуй пойми
Отпуск. Часть 1