стыд смешался с невероятным возбуждением. Рассказывать это было почти так же возбуждающе, как видеть.
— О господи… — Лена застонала сама, её свободная рука потянулась к своей груди под халатом, сжала её. — Она так говорила? Своему мужу? «Трахай свою шлюху»?
— Да… — голос Дамира сорвался. Пальцы Лены скользили по его члену, собирая каплю влаги с головки и используя её как смазку. — Потом… потом он заставил её перевернуться… чтобы видеть её лицо… и потом… он её заполнил... Он… закричал: «Получай, шалава!» и кончил в неё… прямо в неё…
Лена резко, почти грубо ускорила движения. Её ладонь была горячей, влажной, идеально обхватывающей.
— И она… она кончила вместе с ним? — выспрашивала Лена, и её голос дрожал.
— Да! — выкрикнул Дамир, его бёдра сами стали подскакивать навстречу руке Лены. — Она закатила глаза… и кричала… и из неё… вытекала его сперма…
Это было слишком. Дамир был на грани. Но Лена вдруг остановилась. Сжала член у самого основания, перекрывая нарастающую волну.
— Нет-нет-нет, дорогой, — прошептала она, тяжело дыша. — Ты не кончишь просто от рассказа. Ты кончишь, когда мы это повторим. Но с коррекцией на твоё… состояние.
Лена резко стащила с него одеяло и трусы. Член выпрыгнул наружу, твёрдый, с набухшей фиолетовой головкой, подрагивающий от каждого прикосновения.
— Ты будешь лежать. Как сейчас. А я… — Она встала с кровати, сбросила халат на пол и предстала перед ним во всей своей стройной, атлетичной наготе. — Я сяду на твой прекрасный, твёрдый хуй. Но не лицом к тебе. Ты же видел это со спины. Вот и я дам тебе такой же вид.
Лена залезла на кровать, развернулась и встала на колени над Дамиром, спиной к его лицу. Ягодицы, упругие и округлые, оказались прямо перед его глазами. Чуть ниже между ног он видел смутный розовый просвет её половых губ, уже влажных и приоткрытых. Лена наклонилась вперёд, упираясь руками в спинку кровати, приняв ту самую позу, но в зеркальном отражении — её грудь свисала вниз, спина выгнулась, а щель была полностью открыта для него.
— Ну, — сказала она через плечо, голос Лены был приглушённым, но властным. — Начинай. Не просто лежи. Командуй. Повторяй за отцом. Скажи мне то, что он говорил ей.
Она рукой нащупала его член, направила головку к своему входу и, не опускаясь, просто провела по киске, смазывая влагой. Дамир вздрогнул от этого скольжения. Вид её обнажённой, предлагающей себя задницы, её послушная, ожидающая поза — всё это сводило его с ума.
Ощущение было сногсшибательным. Он видел лишь спину, плечи, волосы, рассыпанные по спине. И чувствовал, как её горячее, тугое влагалище медленно, сантиметр за сантиметром, поглощает его. Точно как отец входил в Гулю сзади, мелькнула мысль.
— Да… вот так… — застонала Лена, полностью опустившись, так что её ягодицы прижались к лобку Дамира и начали двигаться. Медленные, глубокие покачивания. — Теперь… рассказывай снова. Говори те слова, что он говорил ей. Становись им.
Дамир зажмурился. Его руки легли на бёдра Лены, скользнули вверх, по спине. Он чувствовал каждое движение её мышц под кожей.
— Он… он говорил… — начал Дамир, и голос его звучал чужим, низким, полным той самой грубой власти. — «Твоя тугая пизда только этого и ждала»…
— Да! — Лена резко опустилась на него, вогнав его ещё глубже. — Ещё!
— «А ну-ка скажи, чья ты шлюха?»… — продолжил Дамир, и слова лились сами, подстёгиваемые движениями её тела на его члене.
— Чья?! — потребовала Лена, её голос был полон вызова.
Весёлое утро