шагах от тракта, и если бы в этот момент кто-то шёл или ехал по дороге, храмовника это бы не отвлекло. Погасить огонь в крови и чреслах для него сейчас было гораздо важнее. Не утруждая себя поцелуями и ласками, пристроившийся между ног у Сарины Элсид яростно долбил распластавшуюся под ним девушку. Вновь излившись в неё в самом конце, храмовник испытал небывалое облегчение. Сарина же вместо удовольствия получила лишь боль в спине и жжение между ног. Пелена неконтролируемой похоти рассеялась, а сердце Элсида вновь начало биться в нормальном ритме. Надевший штаны храмовник окинул свою спутницу виноватым взглядом, от чего Сарина решила, что инквизитор вновь начнёт просить прощения за грубость. Однако вместо этого Элсид поднял совсем другую тему.
— Кровь нужна тебе для выживания? Ты умрёшь, если перестанешь её пить? – вдруг поинтересовался храмовник.
— Вряд ли. Но если я прекращу питаться, то в какой-то момент совсем одичаю, и превращусь в неконтролируемого зверя.
Лишь проговорив это вслух, Сарина про себя отметила, что Элсид оказался в похожем положении. Он тоже стал заложником голода, пускай и другого, и теперь гораздо лучше понимал, что она чувствовала.
— Ты бы хотела от всего этого освободиться? – продолжил допытываться храмовник.
— Смотря что ты имеешь в виду под освобождением. Смерть в каком-то смысле тоже освобождение.
— Я сейчас не про смерть. Ты бы хотела вновь стать живым человеком?
Сарина усмехнулась.
— Глупо хотеть невозможного.
— А если я скажу, что это очень даже возможно?
Девушка подозрительно прищурилась.
— С этого места давай поподробнее, - потребовала она.
— В Ордене Света есть один инквизитор с уникальным даром. Он умеет воскрешать мёртвых. Полноценно, а не так, как это делают некроманты. Но чтобы человек ожил, его тело должно находиться в нормальном состоянии. Сгнивший или обезглавленный труп вновь не оживёт.
Сарине услышанное показалось интересным, хотя если бы всё это сказал кто-то другой, она бы в это не поверила.
— Любопытно. Это он вернул тебя к жизни? – уточнила вампирша.
— Да, - не моргнув глазом соврал Элсид.
— Уже только за это ему можно сказать спасибо. Только со мной этот трюк не сработает. Ты сказал, что покойник должен быть свеженьким, а я мертва уже не первый год.
— Но благодаря магии твоё тело не разлагается. И душа, как мне кажется, его не покинула, - привёл храмовник контраргумент.
— Оживить мёртвого – это не то же самое, что оживить живого мертвеца. Может, ты забыл, но я – мерзкое порождение тьмы. Магия света скорее убьёт меня окончательно, чем воскресит. И раз уж мы говорим откровенно, я не уверена, что вновь хочу стать простым человеком.
— Почему?
— Потому что к тем, кто слаб, и не способен за себя постоять, этот мир может быть очень жесток. А я не хочу снова быть слабой и беспомощной. Так что спасибо, но нет. Даже если твой друг действительно способен меня воскресить, а не убить, пусть лучше всё останется как есть.
Позиция спутницы была Элсиду ясна, хотя сам ответ храмовника разочаровал. Тем не менее, переубеждать Сарину он не стал, но самому себе пообещал, что в следующий раз, когда похоть возьмёт над ним верх, он не будет вести себя как грубое животное. В то, что им всё же удастся изготовить зелье до начала очередного приступа вожделения, храмовнику верилось с трудом.
***
Наткнувшись на каменную стену в том месте, где её раньше не было, раздосадованный Зарксис пнул её ногой, после чего тут же оказался в озере под землёй. Выбравшись на берег после очередного фиаско, полукровка вновь направился к лестнице. Место, в которое его закинула
Который год?