Дестерия, оказалось самым настоящим лабиринтом с искажённым пространством. Найти выход из этих проклятых катакомб оказался намного сложнее, чем изначально думал Зарксис. Взаимодействие с какими-либо предметами, вроде факелов на стенах, неизменно отбрасывало полукровку обратно в озеро, и весь путь приходилось начинать с самого начала. То же самое случалось, стоило Зарксису наступить на неправильную плиту, внешне ничем не отличавшуюся от других. Казалось бы, принцип понят, и дело осталось за малым – методом проб и ошибок отыскать выход, не повторяя прошлых ошибок.
Но не тут-то было. Полагаться на собственные глаза в этом месте было нельзя. Добираясь до какой-нибудь развилки, и поворачивая направо, Зарксис попадал в одно место, а когда после очередной неудачи делал на новом круге всё то же самое – уже в другое. Пытаясь разобраться, как всё устроено в столь хаотичном месте, полукровка начал искать какую-нибудь закономерность. И, как ему показалось, нашёл. На то, куда он попадёт на очередной развилке, влияло количество сделанных шагов после сброса и очередного захода в катакомбы. Участки без освещения и вовсе следовало преодолевать, предварительно задержав дыхание, чтобы вновь не оказаться в самом начале пути.
Отыскав лестницу, ведущую на поверхность, Зарксис решил, что наконец-то нашёл выход из этого места. Однако вместо этого просто вышел на другой этаж катакомб. Совершая ошибки, вновь и вновь падающий в озеро Зарксис стал заучивать, куда и при каком количестве шагов его выведет очередная развилка. Удерживать всё это в памяти было чертовски сложно. Чтобы не забыть что-то важное, полукровка начал кровью оставлять пометки на стенах и подсказки самому себе, благо лабиринт его за такое никак не наказывал. И вот наконец, выход со второго этажа был найден, и очередная лестница привела Зарксиса уже на третий этаж, визуально от прошлого мало чем отличающийся. И вот теперь пленнику магического лабиринта приходилось удерживать в голове ещё больше информации. Настолько часто полукровке приходилось полосовать себя кинжалом по рукам и корпусу, чтобы кровью на стене сделать очередную пометку, что раны не успевали заживать, несмотря на регенерацию.
В отличие от шагов, количество попыток найти выход из лабиринта Зарксис не подсчитывал, но не сомневался, что это уже трёхзначное число. Большинство развилок на третьем этаже, так или иначе, приводили его в тупик, однако спустя несколько часов блужданий всё же удалось отыскать очередную лестницу, правда на этот раз ведущую на наверх, а вниз. Спустившись по ней, Зарксис вышел к подземному озеру. Рванув было обратно, полукровка вдруг угодил в ловушку. Оказавшись окружённым каменными стенами со всех четырёх сторон, Зарксис попытался найти отсюда выход. Но каких бы плит он не касался, как бы не ощупывал стены, ничего не менялось. Когда узник лабиринта ухватился за единственный факел, огонь сразу же погас, и полукровка оказался в кромешной темноте. Откинув потухший факел в сторону, прижавшийся спиной к стене полукровка уселся на пол. Нахлынуло ощущение безысходности, которое Зарксис последние часы старательно отгонял.
Все попытки выбраться отсюда оказались тщетны. Это место его не отпустит, и сейчас он был ещё более далёк от освобождения, чем в самом начале, едва только попал в пещеру. Здесь и сейчас ему ничто не угрожает, кроме голода и жажды. Они-то в итоге его и прикончат. Если только он сам раньше не наложит на себя руки. Осознание этого едва не вызвало у полукровки истерический смех, но граф всё же сумел сдержать этот порыв.
— Я сдаюсь. Ты победила, - устало пробормотал он.
Только эти слова слетели с губ Зарксиса, как пол под ним открылся, и после полуминутного полёта в темноту узник лабиринта вновь оказался
Две девушки на побережье