ты должен понимать, наша стратегия – пройти по всем ключевым звеньям цепочки событий, имеющих значение.
— А как вы понимаете, что имеет значение, а что нет?
— По значимым всплескам синаптических импульсов исследуемого объекта. Там, где они, – там и поворотные моменты истории. Это единственное пока, что мы знаем наверняка.
— Ага, и сейчас вы меня погрузите как раз в один из таких моментов?
— Угу, конечно, погрузим. – сигарета смешно скакала вверх-вниз во рту у Лорейн. – Ну, а уж что там будет, расскажешь нам уже ты. Окей?..
— О-о-кей... – согласился Крис и глубоко вздохнул.
На этот раз в погружение удалось войти достаточно быстро и без ощутимых аберраций. Бесцветная пустота и звенящая тишина вскоре сменились полумраком и покоем средневековой спальни. Где-то внизу стоял подсвечник со свечой. Её тусклое мерцание с трудом позволяло различать окружающие предметы.
Привыкшие к полутьме глаза герцога отлично видели выпяченную к нему оголённую попу. Бархатистая молодая кожа её идеально гладких белоснежных половинок почти буквально ослепляла своей нежностью. Тенистая впадинка между приоткрывшихся мягких полушарий таила робко трепещущую розовую звёздочку. А к низу раздвоенная плоть плотно смыкалась, превращаясь в пару пухленьких складок, стыдливо покрытых вуалью из тонких волосиков.
Остолбенев, Крис глазел на эту непорочную красоту. Он видел, как девушка смущённо оборачивалась и хотела что-то сказать. Но сидящая на кровати перед ней женщина каждый раз снова разворачивала её к себе лицом. Наконец она достала из-под подушки длинную шёлковую ленту и несколько раз обмотала девичью голову, плотно завязывая ретивой отроковице глаза. Лишь после этого она немного успокоилась и смиренно уткнулась лбом в материнские колени в ожидании своей неоднозначной участи.
— Так это же и есть, видимо, его... – пробормотал Крис, – Вот так «значимый всплеск синаптических импульсов»!
Герцог тоже был крайне взволнован, но изо всех сил старался скрыть своё беспокойство. Он отлично понимал, что должно сейчас произойти. И только от него зависит и то, как это случится, и каков будет конечный исход. Одну руку он положил на нагую ягодицу дочери, а другой стал усердно разминать своё и без того твёрдое достоинство.
Таким образом он рассчитывал кончить в родное лоно как можно скорее, сократив то время, что проведёт его греховный отросток внутри субтильного тела любимой малышки. Когда возбуждение достигло пика и, казалось, что до разрядки оставались считанные секунды, мужчина ухватил Бэль обеими руками за ягодицы и яростно потянул к себе, насаживая её влажную тёпленькую щелочку на свой внушительный орган.
От неожиданности девушка вздрогнула всем телом и попыталась податься вперёд, однако сильные отцовские руки впились пальцами в мягкую кожу и вновь притянули к себе. Твёрдый и горячий стержень во второй раз вонзился в юную плоть, проникнув в трепетные недра до самого дна.
Бэль вскинула кверху голову и хотела отчаянно взвыть от обуявшего ею страстного порыва, однако материнская ладонь в последний миг накрыла ей рот, сдержав громкие звуки, которые ни в коем случае не должны были дойти до посторонних ушей в этом замке.
За свои бурные молодость и зрелость герцогу довелось поиметь не один десяток женщин и девушек. Но ни одна самая умелая, шикарная и во всех смыслах восхитительная киска не шла ни в какое сравнение с узенькой и неопытной щелочкой его любимой малютки. Бесхитростная и наивная она впускала его в себя, одаривая упругими объятьями и щедро умащая нелегального интервента горячей смазкой.
Противоречивые чувства овладели обоими. Но дочь не могла сдерживать сладостных стонов от столь глубоких и сильных, но в то же время нежных и заботливых толчков, которые сводили её с ума. Да и отец едва ли
Мальчики (девочки)