заполняться солью и мылом, и он послал весть в Кринан и Aird Driseig, что всех купцов, которые туда заезжают, следует направлять и в Обан.
Отношения Скотта и Фионы с Эйлиан также перешли на новый уровень. Ночи, проведенные вместе, утешая друг друга, постепенно превратились в нечто другое. Эйлиан никогда бы не стала инициатором этого, ее покорный характер не позволял ей взять на себя ведущую роль. Скотт теперь был уверен, что Фиона одобряет включение пожилой женщины в их семью, возможно, скучая по женскому аспекту любовных утех, которым она делилась с Кирсти, а может быть, уже почувствовав связь с Эйлиан, учитывая их опыт плена у викингов.
Он все еще был в некоторой степени растерян по поводу этого. Это казалось почти предательством по отношению к Кирсти и Тине, спустя всего месяц после их смерти. Однако он знал, что Кирсти при жизни одобряла его отношения с Эйлиан, и это немного утешало его.
Скотт по-прежнему был уверен, что покорность Эйлиан отчасти объяснялась тем, как с ней обращались в прошлом. Он был полон решимости показать ей, что у секса и любви есть и другая сторона, и, проявляя инициативу, обращался с ней нежно. Он начал с того, что погладил ее по спине, когда они обнимались, а затем поднял голову Эйлиан, чтобы нежно поцеловать ее. Фиона видела, что в эту ночь настроение меняется, и прижалась к Эйлиан сзади, отчасти чтобы просто разделить этот момент, разделить контакт, а отчасти потому, что сама начала возбуждаться от перспективы разделить это с Эйлиан.
Скотт с самого первого взгляда на Эйлиан в Aird Driseig считал ее одной из самых красивых женщин, которых он когда-либо видел. Он считал ее эльфийкой. Она была блондинкой, миниатюрной, с угловатыми чертами лица - скулами, линией подбородка. Он поднял руку к ее груди размером с яблоко и погладил ее, чувствуя, как сосок твердеет под его прикосновением. Он провел несколько минут, легко поглаживая, проводя пальцами по соску, обводя ареолу и сжимая его.
Тем временем Фиона откинула светлые волосы Эйлиан в сторону и ласкала ее шею губами и языком. Эйлиан тихо вздыхала от двойного внимания, но не реагировала так, как Кирсти и Фиона в случае со Скоттом.
Рот Скотта стал более требовательным, его язык проник между губами Эйлиан, чтобы сразиться с ее языком. Это вызвало у нее первый настоящий стон, почти грубое нарушение ее чувственных губ его языком стимулировало ее больше, чем его обращение с ее грудью.
Он опустил голову, чтобы взять ее твердый сосок между губами и пососать его. Он снова был удивлен, что она не отреагировала на это более бурно. Экспериментируя, он взял сосок между зубами и начал его кусать. Реакция Эйлиан была немедленной, она стонала громче, как будто поощряя это более грубое обращение.
Скотт чувствовал себя некомфортно, продолжая это. Поддерживать такой уровень давления было нормально, но он не хотел применять большую силу, не хотел думать о том, чтобы обращаться с ней грубо. Впервые он начал сомневаться, сможет ли Эйлиан оценить более нежную форму любви.
Его рука опустилась на ее лоно, и он обнаружил, что оно едва влажное. Он начал стимулировать ее половые губы и клитор, надеясь усилить ее возбуждение. И снова он был разочарован ее реакцией, или, скорее, ее отсутствием. Он взял ее клитор между большим и указательным пальцами и слегка ущипнул его, услышав, как Эйлин резко втянула воздух в ответ.
Скотт почувствовал, как Фиона пошевелилась на кровати, а затем ее голова оттолкнула его руку, когда она начала лизать половые губы Эйлиан. Он снова сосредоточился на ее маленьких грудях,
Новая Амазонка: Бабушкины таблетки часть 1.